Год черной тыквы — страница 97
Тема
о его интересе, или лучше сказать о пристрастии, ко всему иноземному. Атли даже собирался познакомить её с семейной парой, не так давно прибывшей с одного из островов Гардарики. Хотя пока дальше обещаний не продвинулся. Но сегодня она желала не этого. После рабочей смены на фабрике её желудок готов был урчать, предвкушая ужин в ресторации. Но ещё важнее была новость, которую она планировала подать Атли на десерт. Поэтому Мэрит с недоумением вытаращилась на билеты в его руках.
– Дорогая?
Она усилием воли вернулась в образ и выдавила из себя вежливую улыбку:
– Конечно, сканд Гловис. Всегда мечтала посетить шатёр чужестранцев.
– Тогда извольте. – Он оттопырил локоть, предлагая за него ухватиться.
Мэрит тоскливым взглядом проводила ресторацию, мимо которой они прошествовали. Она даже губы облизала, учуяв одуряющие ароматы жаренного на углях мяса, что доносились из приоткрытых дверей. Хорошо хоть Атли не заметил этого совершенно плебейского жеста.
Гардариканский шатёр раскинулся прямо на центральной площади Лэя. В первые дни в нём было не протолкнуться из-за зевак. Всем хотелось поглазеть на работы артефакторов из Гардарики, ведь им не было равных в своём деле. Теперь же возбуждение горожан поугасло. Мэрит слышала от девушек на фабрике, что скоро выставка уедет из города.
«Да и на здоровье. Не представляю, кому приходит в голову платить за то, чтобы просто посмотреть!»
Впрочем, раз билеты купил Атли, можно было и глянуть. И Мэрит чинно расхаживала вдоль длинных столов, на которых были выставлены различные агрегаты. Переливающиеся всеми цветами радуги накопители магии её не заинтересовали, как и выставленное оружие с различными потайными хитростями. А вот два парных почтовых сундучка привлекли внимание. За несколько пеннингаров смотритель позволил ей набросать краткую записку и вложить в один из ящичков – и спустя несколько мгновений та испарилась, появившись на другом конце стола в сундучке-близнеце.
– Магия! – восхищённо выдохнула Мэрит, неискушенная в этих вопросах. – Невероятно! А… А можно ещё разочек попробовать?
Не дожидаясь разрешения, она порывисто схватила листок и снова засунула в сундучок. Всё повторилось.
– Нужная вещь! – уважительно кивнул Атли. – Это кто ж такие мастерит?
– Так вот же, дорогой, тут табличка: Феофан Барятин, голова артели артефакторов их столицы, Гарды. – Чужеземное имя и фамилию она произнесла по слогам и встряхнула головой. – Ну и чудны́е у них имена в Гардарике!
– Угу, – пространно отозвался Атли, а сам уже взял в руки один из сундучков и поднёс к глазам, рассматривая сложную вязь узоров на крышке: – Такое ведь нужно не просто смастерить да магию вдохнуть, а сперва додуматься до самой идеи.
– Сударь Барятин – лучший в своём деле. А если сплетни какие про него услышите – не верьте!
– Что за сплетни? – проявила интерес Мэрит.
– Поговаривают, что идею перемещений писем ему нашептал сам ветряной демон. В Гарде в такое верят, знаете ли. Но это всё ерунда. Феофан Барятин – настоящий мастер! Если угодно почтенным скандам, то у нас имеются и другие диковины его артели… – Услужливый смотритель маячил за их спинами, указывая на соседний стол. – Вот здесь, извольте полюбопытствовать.
На тёмно-коричневой поверхности лежал шар, поблёскивающий металлическими вставками. Мэрит прежде не обратила на него внимания.
– И что он умеет? – поинтересовался сканд Гловис.
– Этот просто для развлечения, детская игрушка, – ухмыльнулся смотритель и сделал пасс рукой.
Шар внезапно распался на беспорядочные сегменты, зажужжал, закрутился на месте и вскоре собрался обратно в…
– Таракан! – ахнула Мэрит и отшатнулась, повиснув на Атли, да и сам он ощутимо вздрогнул.
– Это хеймова лопендра, – со знанием дела пояснил смотритель. – Уменьшенная версия, конечно. Так-то эти твари размером с ездового козла примерно. Хотя всякие бывают: и значительно больше, и совсем мелкие, что сапогом растоптать можно. Но в основном всё же – с козла.
Лопендра изогнулась сегментами своего длинного чешуйчатого тельца и замерла, уставившись на людей фасеточными глазами да стрекоча жвалами.
– Детская игрушка?! – наконец смогла выдавить из себя Мэрит и непроизвольно прижала руку к животу. – Дрянь какая! Они там, в Гардарике, на голову болезные?! Пойдем, дорогой, мне хочется на свежий воздух!
Атли хотел что-то возразить, но она вцепилась в его локоть, утягивая к выходу. Выскочив из шатра, Мэрит потащила его прочь с центральной площади. Она специально свернула на тот тракт, где было больше всего рестораций, но сканд Гловис словно не замечал её намёков.
– Отличная погода, дорогая моя, – рассеянно похлопывал он её по руке, лежащей на сгибе его локтя. – Сегодня так свежо, так приятно прогуляться.
– И так приятно было бы скрасить прогулку, испив горячего ягодного отвара… – улыбнулась Мэрит, кивая на высокое окно, за которым виднелись столики, накрытые светлым льняным сукном.
– Ох, дорогая, я так плотно отобедал в доме матери. Она уж расстаралась. – Он довольно улыбнулся. – Даже заставила кухарку испечь моих любимых пирожков с олениной. А ведь сейчас не сезон…
Мэрит скрипнула зубами, а следом у неё громко заурчал живот, даже Атли услышал и сбился с рассказа про охоту.
– Сканд Гловис, я ведь с работы, – вздохнула Мэрит. – Устала и голодна…
– Моя мать сегодня сказала, что завтракать и обедать нужно плотно, но вечерние приемы пищи пропускать. Это она где-то вычитала…
Ни одна их встреча не обходилась без упоминаний о его матери. Порой Мэрит казалось, что та незримо стоит рядом. Когда Атли пускался в рассказ о почтенной сканде Гловис, то это занимало много времени. И уж если она сказала пропустить ужин, то тут хоть намёками, хоть в лоб – бесполезно.
– И нужно больше гулять, дорогая моя. Движение – жизнь!
– И у меня есть жизнь, – решилась наконец Мэрит.
– Да, конечно…
Она взяла его ладонь и приложила к своему животу:
– У меня тоже есть жизнь. Во мне.
Атли нахмурился:
– Не понял…?
– Я не так хотела поделиться этой новостью, – смущённо пробормотала Мэрит. – Не здесь, посреди тракта. В ресторации было бы уютнее. Но… Вот, в общем.
В животе у неё снова заурчало от голода, и Атли испуганно отдёрнул руку:
– Это что? Что там такое?
– Наш ребёнок…
– Да он рычит!
Мэрит закатила глаза:
– Ну что за вздор. Я просто есть хочу, говорила же.
– Я не имею к этому никакого отношения, – поспешно отступил Атли. – Швахх знает что!
– Это ребёнок. Наш ребёнок, – строго сказала Мэрит. – Такое случается, когда двое любящих друг друга людей проводят время наедине.
– Нет…
– Да. Вы же взрослый мужчина, вы должны понимать, как…
– Да знаю я как! Но это… – он продолжил пятиться и повторять одно и тоже: – Это не моё! Понятно тебе! Не моё!
На его возгласы стали
Перейти
на страницу