Подводный свет — страница 26
Тема
сотен метров. По крайней мере, Таня даже сквозь туман разглядела поваленное дерево на пляже. Волны и время сорвали с него кору, и теперь дерево белело, словно гигантская кость.
– Кажется, мы были здесь вчера?
– Да, – подтвердил Лёша, не веря в собственное счастье. – Это почти у Филинской бухты. Но как мы сюда вернулись? Что, ночью течение развернулось и принесло нас обратно?
Таня прошлась по каюте капитана.
– Я не знаю, течение ли это, но думаю, нам надо грести отсюда, пока можем.
– А чем грести-то? – усмехнулась Света. – У нас по-прежнему одно весло… – и замолчала, вспоминая: трюм, гаечные ключи, багры – и вёсла, большие деревянные вёсла. Даже несколько. – В трюме есть запасные!
Первым по трапу спускался Лёша, за ним Андрей, и, когда они оба заорали, Света и Таня на всякий случай отпрыгнули назад. Один из водолазных скафандров почему-то вывалился из креплений и лежал на полу, вытянув руку вперёд. Иллюминаторы в трюме были наглухо закрыты, и в лучах фонариков казалось, что костюм с медной головой целеустремлённо полз в сторону выхода – пока сюда не пришли люди
– Какая… жуть, – выдавила из себя Света.
Лёша и Андрей обогнули водолазный костюм по дуге и начали выбирать вёсла.
– Нет, Андрей, твоё слишком короткое, ищи вот такой длины…
– Мне это не нравится… Вот, такое подойдёт?
– Вроде нормально… Может, он из-за качки свалился?
– Качки не было.
– Если он поползёт к нам, попробуем проткнуть его этим багром. Пошли отсюда.
Выходя из трюма последним, Лёша с опаской посмотрел на водолазный костюм. Пока на него падал свет фонарика, он казался неподвижным.
Света быстро оглядела каюту капитана.
– Ничего не забыли?
– Заберу это с собой, – решил Андрей, запихивая в рюкзак судовые журналы – и с «Теодора Нетте», и с немецкой подлодки, а за ними дневник немецкого командира с расплывшимися записями. – И портсигар.
– Ты не сдурел брать столько вещей с корабля-призрака?
– А что, это плохая примета?
– Вообще, да. Ты же помнишь, что тут написано про вещи, которые находятся вне человеческого контроля?
Андрей, поколебавшись, посмотрел на журналы. Затем на портсигар с водолазом на крышке.
– Ну, если что, выброшу их в море.
Они спустились на палубу. В тумане было непонятно, поднялось ли солнце над берегом, но, по крайней мере, становилось ясно, что добраться до него будет несложно. Утром «Теодор Нетте» не производил такого гнетущего впечатления, как ночью, – обычный пароход с нелёгкой судьбой. Андрей на прощание окинул его взглядом, после чего спустился в лодку, готовясь принять багаж.
– Рюкзаки кидайте… Таня, не на голову! А теперь вёсла!
Таня и Света спустились по верёвочной лестнице. Последним борт покинул Лёша. Отвязывая лодку, он прикоснулся к холодному, скользкому от водорослей тросу и вздрогнул: ведь зачем-то же команда сбросила бакен за борт. Или это была не команда?
– Прощай, Теодор Нетте, – сказал он, задрав голову к рубке. – Я не знаю, кто ты, но, наверное, ты был хорошим человеком, раз твоим именем назвали корабль. Да и как корабль ты тоже хороший, потому что встретил нас в ночи, а потом принёс обратно к тому же берегу. Только жутковато в твоих трюмах, и, уж не обижайся, хочется держаться от тебя подальше…
Договорив, он оттолкнулся веслом от клёпаного борта.
– Поплыли? – Андрей крепко сжал в руке весло, чтобы не повторить вчерашнюю ошибку.
– Поплыли.
Большие деревянные вёсла не влезли в маленькие пластмассовые уключины, поэтому Андрею и Лёше пришлось грести, как индейцам в каноэ.
– Раз, – командовала Света, и Лёша с Андреем послушно взмахивали каждый своим веслом. – Два. Раз. Два. Гребём ритмичнее. Раз. Два.
– Кажется, кто-то уже не страдает морской болезнью? – ехидно поинтересовалась Таня, придерживая рюкзаки.
Света повернулась к подруге.
– Я уже не та, что была вчера, – ответила она голосом владычицы морей.
Берег приближался. Течение, коварно унёсшее их прошлым вечером, ослабло, но с ним всё же приходилось считаться. Андрей иногда делал дополнительный взмах веслом, подворачивая нос лодки в нужном направлении.
– Я всё-таки пытаюсь понять, – задумчиво сказала Таня, – куда делся пятый водолазный костюм?
– Куда-то делся, – ответил Лёша. Отгоняя от себя картинку ползущего по полу водолазного скафандра, он оглянулся и посмотрел сначала на Свету с Таней, потом в туман за кормой лодки. Кажется, очертания «Теодора Нетте» ещё угадывались в полупрозрачной дымке. Отчего-то вздрогнув, Лёша сжал рукоять весла крепче обычного. – Какая разница, куда он делся! – бросил он, с силой погружая лопасть в воду. – Может быть, кто-то надел его и в нём открыл контейнер, только это не помогло… А может, пятого костюма и не было вовсе: креплений пять, а скафандров четыре.
Волна, чуть приподняв лодку, подтолкнула её прямо в полосу прибоя. Зашуршал мокрый песок.
Наверное, сначала следовало снять кроссовки, но Лёша прямо в них выпрыгнул за борт и вытянул лодку на берег. В эту минуту он понимал, что мокрая обувь – не самая большая плата за возможность поскорее оказаться на суше.
– С прибытием! – подал он руку Свете.
Андрей, тоже выбравшись на берег, поискал глазами «Теодор Нетте», но тот уже исчез. Там, где был корабль, не удавалось разглядеть даже его силуэт.
– Вот, – довольно сообщил Андрей Свете. – А ты говорила не брать вещи с корабля-призрака… Нормально же добрались.
Расстегнув рюкзак, он заглянул внутрь, чтобы ещё раз взглянуть на документы с «Теодора Нетте». Света успела перевести лишь несколько фраз, но сколько ещё загадок скрыто на тех страницах? А дома можно будет не торопясь изучить все записи, открывая для себя тайны затонувшей подлодки и секреты покинутого корабля…
– А это что? – Андрей вытащил горсть бумажной трухи: как будто газету замочили на сутки в воде и потом пропустили через мясорубку.
– По-моему, – сказала Таня, – это бортжурналы.
Судя по чёрной обложке, это были именно они.
– Только портсигар и остался, – с печалью сообщил Андрей, доставая металлический футляр.
Портсигар и в самом деле выдержал путешествие на берег, разве что сильно потускнел. Теперь на задней крышке выделялось место, где находились чьи-то сведённые инициалы. Ещё стало хорошо видно, что на барельефе шлем водолаза гораздо светлее, чем окружающий его подводный пейзаж: как будто кто-то долго тёр его пальцами, словно желая выпустить джинна из лампы.
Наверное, здесь тоже крылась какая-то тайна.
Белая ночь за белыми окнами
– Лёша, спишь? – спросил голос мамы в динамике телефона. Ещё там было хорошо слышно, как вдалеке играет музыка и кто-то гремит посудой.
– Ага, – ответил Лёша, развалившись в кресле. – Сплю.
– Вот и хорошо! – Похоже, мама не заметила иронию от слова «совсем». – В общем, мы с папой останемся
Перейти
на страницу