Молчание ягнят — страница 91
Тема
воздух не проходил, – куском пластыря, полиэтиленовым пакетом – и завязать поплотнее. Чтобы легкое снова наполнилось воздухом. Так, значит, она попала ему в грудь. «И что теперь? Ждать! Пусть потеряет побольше крови. Ждать».
Старлинг почувствовала, как саднит щека. Она не касалась раны. Если кровь еще течет, рука будет скользкой.
Из колодца снова донеслись стоны и причитания. Кэтрин ноет и плачет. «Ничего, надо ждать. Сейчас нельзя отвечать Кэтрин. Ни звука, ни движения. Ждать».
Мистер Гам по-прежнему смотрел на потолок, он попытался повернуть фонарь, но рука не слушалась, голова – тоже. Огромная малайзийская бабочка пролетела под самым потолком, уловила инфракрасный луч и начала кругами опускаться ниже, зеленая в линзах его очков. Дрожащие огромные тени от ее крыльев, трепетавшие на потолке, были видны только мистеру Гаму.
И тут сквозь чавкающие и свистящие звуки вдохов и выдохов мистера Гама Старлинг услышала его потусторонний, задыхающийся голос:
– Каково… это… быть… такой… такой красивой?
Потом другие звуки – хлюпанье, хрипение, – и свист прекратился.
С этим Старлинг тоже была знакома. Она уже однажды слышала такое – в больнице, когда умер отец.
Она нащупала край стола и поднялась на ноги. Двигаясь на ощупь, направилась в ту сторону, откуда доносились причитания Кэтрин. Нашла лестницу и в полной темноте стала подниматься наверх.
Ей показалось, что она потратила на это уйму времени. В кухне на столе горела свеча. С ее помощью она нашла щиток и включила свет. Она вздрогнула, когда зажглись лампы. Чтобы добраться до рубильника и выключить свет во всем доме, он, должно быть, вылез из подвала по другой лестнице и пришел сюда, а потом спустился обратно, за ней. Надо было удостовериться, что он действительно мертв. Старлинг подождала, пока глаза привыкнут к свету, и только тогда пошла вниз, в мастерскую. Она двигалась очень осторожно. Сначала увидела его голые ноги, торчащие из-под стола. Она не сводила глаз с его руки и с револьвера, лежащего рядом, пока не подошла и ногой не отбросила оружие в сторону. Его глаза были широко раскрыты. Он был мертв. В груди, справа, пулевое отверстие. Вокруг полно крови, уже свернувшейся. Он успел надеть на себя одно из своих изделий, видимо, взял из шкафа по пути. На это было невозможно смотреть.
Старлинг подошла к раковине, положила свой револьвер на стол рядом, пустила холодную воду, смочила руку и вытерла ею лицо. Крови нет. Бабочки бились о сетку, прикрывавшую лампы на потолке. Ей пришлось обойти его тело, чтобы подобрать с пола «питон».
Нагнувшись над колодцем, она сказала:
– Кэтрин, он мертв. Он тебе уже ничего не сделает. Я сейчас поднимусь наверх и позвоню…
– Нет! ВЫТАЩИ МЕНЯ ОТСЮДА! ВЫТАЩИ! ВЫТАЩИ! ВЫТАЩИ!
– Кэтрин, послушай! Он мертв! Смотри, вот его револьвер! Узнаешь? Я сейчас позвоню и вызову полицию! И пожарных, чтобы вытащили тебя. Я не сумею сама тебя оттуда извлечь: боюсь, ты сорвешься и упадешь. Сейчас я им позвоню и сразу вернусь сюда, к тебе. И мы будем ждать их вместе. Ладно? И заставь собаку замолчать, а? Ну вот и хорошо.
Съемочная группа с местной телестудии примчалась вслед за пожарными, чуть опередив белведерскую полицию. Капитан пожарных, разъяренный суетой и яркими юпитерами телевизионщиков, выгнал их из подвала и велел отойти от лестницы, пока его люди готовили лебедку и прочее оборудование, чтобы вытащить Кэтрин Мартин из колодца.
Лебедка и шкив мистера Гама показались им ненадежными. Один из пожарных сам спустился в колодец, усадил Кэтрин в спасательное кресло и закрепил ремнями. И Кэтрин подняли на поверхность. Она появилась над колодцем, прижимая к себе собаку. Она не выпустила ее из рук даже в машине «Скорой помощи».
В больнице, однако, с ней церемониться не стали: собак здесь не терпели. Один из пожарных, получивший приказ по дороге завезти собаку в приют для бездомных животных, вместо этого забрал Прелесть к себе домой.
57
В Национальном аэропорту Вашингтона прибытия ночного рейса из Колумбуса, штат Огайо, ожидали около пятидесяти человек. Большинство встречали родственников; все выглядели заспанными, несколько помятыми, у многих из-под пиджаков торчали рубашки.
Стоя среди встречающих, Арделия Мэпп имела полную возможность рассмотреть Старлинг с головы до ног, пока та шла от самолета. Старлинг была ужасно бледной, под глазами – черные круги. На щеке – впившиеся в кожу сгоревшие порошинки. Старлинг заметила Мэпп, подошла. Они обнялись.
– Привет, подруга, – сказала Мэпп. – Багаж есть?
Старлинг мотнула головой.
– Тогда пошли. Джефф ждет снаружи, у машины.
Выйдя из здания аэропорта, они увидели на стоянке и Джека Крофорда. Его машина была припаркована за микроавтобусом Джеффа. Он всю ночь встречал родственников Беллы, приезжающих на похороны.
– Я… – Он вздрогнул. – Вы даже сами не представляете, что вы сделали… Ты забила решающий мяч, малыш. – Он тронул ее щеку: – А это что такое?
– Порох. Сгоревшие порошинки. Доктор сказал, через пару дней они сами выйдут – это лучше, чем выковыривать их.
Крофорд привлек ее к себе и на секунду, на одну только секунду крепко обнял. Потом отпустил и поцеловал в лоб.
– Вы даже сами не представляете, что вы сделали! – повторил он. – А сейчас отправляйтесь домой. Спать. Выспитесь хорошенько. Завтра поговорим.
Новый микроавтобус службы наружного наблюдения был весьма комфортабельным, поскольку предназначался для длительного пребывания в засаде. Старлинг и Мэпп уселись в огромные глубокие кресла в задней части салона. Крофорд уехал на своей машине, так что Джефф вел автобус с несколько большей скоростью, чем в его присутствии. Они мчались в Квонтико.
Старлинг сидела, закрыв глаза. Через пару миль Мэпп хлопнула ее по колену. Она уже открыла две бутылки кока-колы. Одну из них протянула Старлинг и тут же достала из сумки полупинтовую фляжку виски «Джек Дэниелс».
Они отпили по глотку кока-колы прямо из горлышка и добавили в бутылки немного виски. Потом взболтали содержимое, заткнув горлышко большим пальцем, и пустили струю пены в рот.
– А-а-ах, хорошо! – сказала Старлинг.
– Не вздумайте это там пролить! – предупредил Джефф.
– Не волнуйся, Джефф, – сказала Мэпп. Затем тихонько сообщила Старлинг: – Ты бы видела, как он трясся, пока ждал меня возле винной лавки! Как будто я его на минное поле завела!
Виски понемногу начало действовать. Старлинг расслабилась и поглубже уселась в кресле. Только тогда Мэпп наконец спросила:
– Ну как ты, Старлинг?
– Сама еще толком не пойму, Арделия.
– Тебе еще придется туда возвращаться?
– Может быть. На денек, через недельку. Но надеюсь, обойдется и без этого. Сам генеральный прокурор прилетел туда из Колумбуса. Сейчас работает вместе с полицией
Перейти
на страницу