Ужасный Круз — страница 86

Тема

редких случаев, когда у меня нет причин извиняться перед кем-либо, но, учитывая, что я новый любимый засранец нашего города и то, что теперь Несси собирается стать прекрасной и уважаемой женой доктора Костелло, мне тоже жаль.

– За что? – спросил Мишка, нахмурившись.

Роб положил руку на плечо подростка.

– Ну, сынок, я не могу сожалеть о том дне, когда ты был зачат, потому что это оказалось единственным, что поддерживало меня в темные времена, – последние несколько недель изменили мою жизнь. Но давай посмотрим. Думаю, я сожалею, что не передал тебе свой очевидный, бесспорный спортивный дар.

– И твою скромность тоже, – заметила Теннесси.

– Я рад за тебя, брат. – Роб пожал мне руку. – И спасибо тебе.

– За что?

– За то, что официально короновал меня в самого горячего холостяка Фэйрхоупа. Если только ты не передумала и не хочешь вернуться ко мне? – Роб подмигнул Теннесси.

Она толкнула его в грудь, смеясь.

– В твоих мечтах, Гассман.

Эпилог Теннесси

Мы зачали второго ребенка под теми же трибунами, под которыми я забеременела Мишкой.

Это случилось после того, как мы вернулись из Лас-Вегаса (от одной мысли о полноценной свадьбе меня тошнило. К тому же я просто не могла допустить, чтобы Далтон и Джослин получили приглашение. Я больше не могла выносить разговоры о вагинальной подтяжке и филлерах для ступней. К тому же мне до сих пор снились кошмары о том круизе и всей той лжи о двух пенисах, которую я там выдала).

Мишка все еще был у Роба, моих родителей не было в городе, а Уайатт и Тринити присматривали дома в Ноксвилле, поближе к его новой работе.

Нам с Крузом было скучно, и он предложил сходить на футбольный матч школы Фэйрхоупа. Поддержать местную команду.

– Ах, я и ногой не ступлю на это футбольное поле, – сказала я. – С того дня, как меня там обрюхатили.

Сначала он рассмеялся.

Потом, когда он понял, что я говорю серьезно, то сказал:

– Но ведь Мишка там учится…?

Я поморщилась.

– Вот почему я приучила его к видеоиграм и скейтборду и не разрешала заниматься любыми видами спорта.

– Ты сумасшедшая женщина.

– Я прекрасно это знаю.

По словам доктора Круза Костелло, лучший способ избавиться от фобии – встретиться с ней лицом к лицу. На следующий день мы пробрались на футбольное поле посреди ночи.

Он даже надел свою спортивную куртку, которая показалась мне извращенно сексуальной (а также чрезвычайно узкой ему в плечах). Он затащил меня под трибуны и делал со мной всевозможные вещи, и на этот раз я кончила.

Дважды.

Ладно, трижды.

Он действительно знает, как использовать свой язык.

Когда он наконец достал презерватив, я выбила его из его руки.

– Я перестала принимать таблетки.

Его лицо просияло.

– Правда?

– Да. Я знаю, что ты хочешь ребенка, и…

– Я хочу тебя больше, чем ребенка, так что не делай этого только ради меня.

– Я и не делаю, – запротестовала я. – За кого ты меня принимаешь, за глупенького подростка? Я делаю это, потому что думаю, что у нас получится замечательный ребенок, и я хочу привязать тебя к себе, чтобы и дальше жить в твоем доме, который, кстати, был домом моей мечты с самого детства.

– Это самое романтичное, что ты мне когда-либо говорила.

– О господи, правда? – удивленно спросила я.

Это было удручающе романтично.

Он кивнул.

– Ну, как насчет этого? Я хочу состариться с тобой и быть рядом, когда ты будешь ныть о замене тазобедренного сустава, артритах и тромбозе глубоких вен.

– Спасибо тебе, милая, за то, что запланировала мою раннюю кончину еще до того, как я достиг среднего возраста. Теперь ты можешь заткнуться, чтобы я мог тебе вставить?

И он это сделал.

Он был внутри меня.

Это случилось девять месяцев назад.

А теперь?

Теперь я рискую потерять его, так как мои ногти глубоко вонзаются в его покрытые венами предплечья.

– Я убью тебя, – задыхаюсь я. – Да. Что ты со мной сделал?

Я на больничной койке, рожаю нашего ребенка, а Мишка и наши семьи ждут снаружи. Сегодня Рождество, и все, чего я хочу, это есть пудинг, смотреть «Маму Мию» и удивляться, как Аманде Сейфрид удается оставаться такой худой.

– Эпидуральная анестезия должна начать действовать с минуты на минуту. – Круз любовно касается моей руки, улыбаясь.

– Хорошо, потому что если этого не произойдет, я тебя отсюда вышвырну. Я не могу поверить, что ты так со мной поступил.

– Кажется, я помню, что ты участвовала добровольно.

Доктор заходит в комнату, одаривая Круза улыбкой эй-я-тоже-доктор-давай-пятюню.

Полностью игнорируя меня.

Я потом подам на него в суд за это.

– Хорошие новости: медсестра Хэлли сказала, что головка выходит, так что можно начинать тужиться. Вы готовы встретить своего ребенка, миссис Костелло?

– Нет! – кричу я, размахивая руками.

– Готова, – поправляет меня Круз с легкой улыбкой.

Двадцать минут спустя Адриана Сильвия Костелло уже у меня на руках.

Она похожа на милого, безобидного инопланетянина. Я имею в виду милого, как в фильме «Инопланетянин», а не тех, которые прилетают на нашу планету, чтобы захватить наши страны и напугать до чертиков. Ее глаза темно-синие, как у ее отца, голова лысая и блестящая, как у Брюса Уиллиса.

– Посмотри на себя, – воркую я, обнимая ее. – И подумать только, что тебя могло бы и не быть из-за глупой гордости твоей матери.

Круз целует мой лоб и проводит пальцем по щеке своей дочери.

– Я бы сделал тебя своей, так или иначе. Я бы никогда не отказался от тебя.

Конец.

Благодарности

Я не очень люблю писать благодарности, потому что всегда забываю важных людей. Кроме того, поскольку я пишу свои книги заранее, иногда я благодарю людей, которые еще не приступили к работе над книгой. Поэтому я постараюсь сделать это как можно более безболезненно и быстро.

Огромное спасибо Тихуане Тернер, Ванессе Вильегас, Ратуле Рой, Марте Бор, Саре Плочер и Ямине Кирки. Я вас очень люблю, и ваша дружба и поддержка значат для меня все.

Моим редакторам Тамаре Матайя, Пейдж Марони Смит и Маре Уайт. Огромное вам спасибо за все.

Моим дизайнерам обложки, Мерфи Рэй и Бейли МакГинн. Солнечный день в писательском раю для автора – получить две потрясающие обложки для одной книги.

Спасибо, Social Butterfly PR, за то, что позволили мне сосредоточиться на писательстве, а не на всех этих… ну, знаете, взрослых вещах (*вздрагиваю*).

Отдельное спасибо Паркеру и Аве за то, что они, по сути, не бросили меня на произвол судьбы, а также

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *