Осколок звезды — страница 82
Тема
знаком звезды. Айраэль повторила.
– В обшем, запомнила она все вопросы, потом нам передала.
– Так если она пряталась под кроватью, разве она могла подсмотреть, как призрак выглядит?
– А это уже другие деревенские подсказали. Из окон глядели, как она бродит по улице.
Ты это, милая, случаем не магичка? Речь у тебя красивая, взгляд умный. Не прогоняешь мракобесину всякую?
– К сожалению, нет.
– Скверно, скверно. Раз в пару дней кто-то из деревенских да пропадает. Не ровен час, и до нас доберутся.
– Неужели вам никто не может помочь? Вы пробовали обращаться в ближайший храм? Служители ведь часто выезжают, если нужна помощь.
– А кого в храм пошлешь, чтоб о помощи просить? Он хоть и в сутках пути отсюда, но опасно, милая, сейчас по лесам ездить. То нечисть сцапает, то еще что, а если с собой воды чистой не будет – так и вовсе сгинешь. Бездновы отродья совсем взбунтовались. Соседский мальчишка уже пробовал поехать – уже третий день как ни слуху, ни духу.
Альматея вновь нарисовала звезду в воздухе. Айраэль повторила.
– Ну, вот мы своими силами и пытаемся, – продолжила женщина со вздохом. – Травки жжем да уповаем на милость божью.
– Но сюзерен должен помогать в таких случаях! – настояла Айраэль. – Кто это у вас? Барон Феба?
Айраэль не была уверена, пересекла ли границу провинций, когда убегала, поэтому на всякий случай переспросила.
– Нет, Феба владеет Небесным устьем, это от нас через болота. Наш барон – Микхельм Альгольский, это земли Полуночного края.
– Мгм, – Айраэль взяла на заметку. Значит, она только-только пересекла границу двух провинций. – И вы никого к нему не посылали?
– Ни-ко-го. До храма один день ехать, а до барона все три. К тому же, мы не знаем, вернулся он домой или нет – уезжал же, это самое, в столицу. У него дочка, знаешь, чуть не сбежала с пареньком?
– Да. Слухи быстро летят, – удивилась Айраэль.
– У нас такие истории редко случаются, еще бы не разлететься, – махнула рукой Альматея. – Барон так на дочку разозлился, что насильно в храм упек! Вот-вот ее должны были посвятить в сан одного из тел. Оранжевого, что ли? Ну, к которому еще бронзовые кольца полагаются.
– Да, это четвертый сан из семи. А сколько дочке, если не секрет?
– Пятнадцать, вроде? Как нашему Оберону примерно.
– Такая юная, и уже четвертый сан? – поразилась Айраэль.
– А чегой? Купленный ведь. Ей могли и второй сан приписать, да жирно слишком. Ну, в общем, дочку в храм, а вот того паренька, с которым она сбежала, на войну забрали. Да. Может, наш Оберон с ним даже в одном полку оказался, потому что их всех в одно время забирали. Муж следом за Обероном добровольцем пошел, вот вернулся недавно, потому что руки лишился. Он ведь пасечник, мой Атлас, какой из него вояка?
Альматея разговорилась, рассказав Айраэль абсолютно все: о том, как Атласу пришлось сжечь их пасеку восемнадцать лет назад, потому что вышел закон о запрете на цветы, и стать дровосеком; какой их Оберон умница, что помогал отцу возить дрова аж в сам дом барона; какая у них замечательная корова сейчас телится, единственная оставшаяся в деревеньке…
– Точно! Милочка моя! – спохватилась женщина. За окном как раз раздалось пронзительное жалобное «му-у». – Мне в сарай надо! Сама она не разродится.
– Стойте, а как же призрак? – Айраэль встала из-за стола, беспомощно глядя на то, как женщина деловито снимает замки.
– Не могу я оставить свою Милочку, хоть убей, не могу. Да ты не боись, в сарае у нас тоже дверь имеется. Ты за мной закрой, а когда доешь, ложись на лавке у печки и отдыхай. Дверь никому не открывай, если жизнь дорога! Поняла?
Альматея выскочила в ночь, а Айраэль осталась одна, в полной растерянности. Этой женщине, кажется, корова дороже собственной жизни. А может, у деревенских совсем другие приоритеты?
Принцесса закрыла дверь на засов и легла на лавку, как предложили. К счастью, лавка была не голая, а со шкурой не то оленя, не то медведя. Она нагрелась от огня в очаге и пахла животным. Кого-то этот запах бы отвратил, но Айраэль он оказался ностальгическим. Отец любил шкуры и выделывал их сам. Иногда от его бороды пахло точно так же…
Айраэль забылась тревожным сном, подложив под щеку ладонь. Но долго поспать не удалось.
В дверь трижды постучали.
Тук-тук-тук!
– Здравствуйте! Кто-нибудь есть?
Айраэль резко приподнялась на скамье. Стучали аккуратно, три раза. Звали мягко, голос девичий.
Тук-тук-тук.
– Кто-нибудь! Откройте, пожалуйста!
Айраэль сжалась, разрываясь между тем, чтобы подойти и спросить, кто это, и тем, чтоб молчать. Если это и правда призрак, то отклик на любую из реплик взбудоражит его. Тогда он точно не уйдет, а Альматея не сможет вернуться в дом до утра. Но что, если это обыкновенная путница, прямо как сама Айраэль, что искала пристанища на ночь?
Тук-тук-тук…
– Прошу, откройте… – в голосе послышалась мольба.
Айраэль, сдерживаясь, вернулась на лавку и притворилась спящей. Нет, это действительно призрак. Если бы это была заблудшая путница, ее речь и стук были бы более торопливыми, а просьбы открыть – более отчаянными. Этот голос принадлежал девушке, что только что вышла из экипажа ясным солнечным днем и хотела спросить у местных дороги.
Скрипнула дверь спальни. Муж Альматеи, Атлас, как привороженный, вышел в гостиную и направился к двери.
– Стойте! – вскрикнула Айраэль и подорвалась с лавки. – Это призрак, не открывайте!
Поздно.
Крепкая рука дровосека легко открыла защелку, и входная дверь отлетела в стенку, ударившись об нее так, словно в нее подули тысячи ветров. На пороге появилась юная девушка в белом платье и белой вуали, скрывающей лицо. Ее платье растворялось к подолу молочной пеной, превращающейся в туман. Фигура не касалась земли.
Это был, определенно, призрак. Но…
– Ты… – пробормотала Айраэль, начиная хмуриться.
Она узнавала покрой этого платья. И звездный рисунок на вуали. И эти две косы, спускающиеся до пола, с двумя кольцами в них.
Догадка пришла слишком быстро. Юная дева, посвященная в служители, говорящая неторопливо, как аристократка…
Осознание вспыхнуло, как молния:
«Неужели дочка барона Альгольского? Она погибла? Но как, когда? И почему она здесь?»
– Кто я? – дрожащим голосом спросила она.
Атлас не ответил. Айраэль быстро огляделась. Что можно использовать против призрака? Взгляд зацепился за оставленные на столе кружки с водой. Если успеть опустить в осколок звезды в воду, как быстро она станет святой? Если вылить ее на призрака, он исчезнет или только разозлится?
– Где мой дом? – продолжил призрак.
Холод втек
Перейти
на страницу