Нечто из Рютте — страница 156
Тема
не подавать виду, держал долгую паузу и продолжал скоблить тарелку серебром. И все-таки солдат его перемолчал, епископ продолжил:
– Но я должен буду тебя проверить, так ли ты ценен для Матери Церкви, как о тебе пишут, а уже после ты получишь и герб, и шпоры, если, конечно, справишься с одним деликатным делом, которое я тебе поручу.
– Прошу прощения, монсеньор, – прервал его солдат.
– Что? – спросил епископ.
– Если ваше дело действительно деликатно, то мне не хотелось бы знать о нем. Я не могу обещать вам, что возьмусь за него.
– Вот как? – удивился епископ сначала, а потом стал и вовсе раздражаться. – И почему же? Тебе не нужны герб и шпоры? – говорил он с видимой неприязнью.
– Да кто бы отказался от герба и шпор? – отвечал Волков. – Да только, выполняя задания барона, я три раза едва избежал смерти. Я навсегда остался хромым, я попал в немилость сразу к двум принцам-курфюрстам и нажил себе кучу опасных врагов. А рыцарского достоинства я не получил, хотя мне его обещали дважды.
– И что все это значит? Зачем же ты приехал тогда сюда? – раздражался все больше поп.
– Аббат убеждал меня, что я нужен Церкви и Церковь оценит меня по достоинству. Вот я и приехал.
– Так делай то, что нужно, и получишь то, чего заслуживаешь.
– Последние дела мои не принесли мне того, что я заслужил. Сеньоры легко обещают, но неохотно выполняют обещания.
– И что же ты хочешь? – спросил епископ.
– Оплату вперед, – твердо сказал солдат.
– Ах вот оно что, – епископ расплылся в мерзкой улыбочке, – о тебе писали, что ты солдат, а ты не солдат, ты купец, купчишка. Еще немного, и ты гарантий попросишь, адвокатишек да нотариусов позовешь. – Он продолжал улыбаться. – Тебе бы в нотариусы диплом купить, зачем тебе герб? Вон как ты дела-то ведешь умело.
Эти оскорбления попали в цель, солдат наливался злобой, он уже ненавидел этого жирного попа, хотел есть, да и нога у него болела. Но он вдохнул глубоко, сдержался и сказал:
– Только так и никак иначе, сначала герб и шпоры – потом деликатные дела. – И помолчав, добавил: – Герб – вперед.
– Вперед? А может, корону тебе графскую на щит?
– Герб вперед, – повторил Волков. Он уже знал, что дело будет непростое – будь оно простым, давно бы епископ нашел желающих. А епископ не гнал его, бесился, но не гнал – значит, он все делал правильно.
Поп откинулся на спинку кресла, помолчал, пожевал губами и сказал:
– Хорошо, мой брат, архиепископ-курфюрст Ланна, дарует тебе рыцарское достоинство, но без лена. Если заслужишь, получишь и лен.
– Меня это устраивает. Как только на моем щите будет герб, я возьмусь за ваше дело, – произнес солдат. – Если, конечно, оно не покажется мне чрезмерно опасным.
Епископ поднял руку и щелкнул пальцами. Тут же из-за его кресла возник монах и положил на стол кошель. Глянув на кошель, Волков понял, что дело будет очень непростое. Во-первых, кошель был немал, во-вторых, он был приготовлен заранее, а в-третьих, поп сразу согласился сделать его кавалером.
Значит, епископу было очень важно, чтобы солдат согласился. И тут солдат вдруг начал сомневаться, а так ли уж нужен ему этот титул, ведь неспроста хитрый поп приготовил столько денег и почти сразу соглашается на все его условия.
– Ты слыхал о городе Ференбурге? – спросил епископ уже без всякого раздражения.
– Тот, что на Эрзе?
– Да.
– Слыхал, он с трех сторон окружен водами Эрзе, двое ворот, окованных железом, шесть хороших башен. Город огромен, стены новые. Еретики два раза подходили к нему, один раз даже взялись осаждать, да не вышло у них, уходили ни с чем. Я не был там ни разу. Говорят, очень большой город, многолюдный.
– Все верно, – кивал епископ, – все верно. Только сейчас он немноголюден, там чума. Чума ушла из земли Ребенрее еще зимой, пошла на север, а там задержалась. Они живут по Лиденгофскому праву, поэтому герцогу плевать на них, а еще еретики его не стали штурмовать, потому что там много своих еретиков, и они договорились, откупились, но… – Он замолчал.
– Мне придется ехать в чумной город? – догадался солдат.
– Придется, – кивнул епископ. – Придется.
– В чумной город, да еще живущий по Лиденгофскому праву, где, скорее всего, не выносят благородных и где часть жителей еретики, и мне придется туда ехать? Что ж мне нужно там сделать? Умереть?
– Нет, умирать я мог послать туда других, – улыбался епископ. – У тебя будет другое дело. Почти несложное.
– Насколько несложное?
– Пустяковое, тебе нужно будет забрать из кафедрального собора раку.
– Раку?
– Это такой гроб из серебра и стекла, в котором хранятся мощи святых.
– Я знаю, что такое рака. Вы предлагаете мне ограбить церковь?
– Как такое тебе в голову могло прийти?! – возмутился жирный поп. – Епископ Ференбурга мертв, я хочу, чтобы рака с мощами святого Леопольда была помещена на хранение в моем храме. Пока все не успокоится и город снова не заживет. Рака из серебра, понимаешь? Шесть пудов серебра. Не шутка! Тебе будет нужно поехать в Ференбург, найти кафедерал Ризенкирхе, собор Святого великомученика Леопольда, и забрать оттуда раку и все, что грабители могут растащить. В Ризенкирхе очень богатый приход, нужно будет осмотреть все как следует. Все как следует!
– Думаете, ценности еще там? – спросил солдат.
– Вот ты мне это и скажешь. Даже если серебро и золото разворовали, привези мне хотя бы кости святого и иконы. Все, что там найдешь. Все просто.
– Если так просто, почему вы не послали туда кого-то из своих людей?
– А кто тебе сказал, что не посылал? Я посылал, и брат мой посылал, втайне от всех.
– И что?
– И ничего.
– Никто не вернулся? – догадался Волков.
– Никто не вернулся, – кивнул поп.
– Все умерли от чумы?
– Ходят слухи, что там есть кое-что похуже чумы, – сказал епископ.
– Слухи? – Волков смотрел на него с подозрением, поп явно что-то недоговаривал.
– Слухи, слухи, – снова кивнул епископ.
– А почему вы думаете, что я соглашусь?
Епископ помолчал
Перейти
на страницу