Иван Васильевич
Описание
Тема
Иван Васильевич (комедия в трех действиях)
Действуют :
Зинаида Михайловна — киноактриса.
Ульяна Андреевна — жена управдома Бунши.
Царица.
Тимофеев — изобретатель.
Милославский Жорж.
Бунша-Корецкий — управдом.
Шпак Антон Семенович.
Иоанн Грозный.
Якин — кинорежиссер.
Дьяк. Шведский посол.
Патриарх.
Опричники.
Стольники.
Гусляры.
Милиция.
Действие первое
Московская квартира. Комната Тимофеева, рядом — комната Шпака, запертая на замок. Кроме того, передняя, в которой радиорупор. В комнате Тимофеева беспорядок. Ширмы. Громадных размеров и необычной конструкции аппарат, по-видимому, радиоприемник, над которым работает Тимофеев. Множество ламп в аппарате, в которых то появляется, то гаснет свет. Волосы у Тимофеева всклоченные, глаза от бессонницы красные. Он озабочен. Тимофеев нажимает кнопку аппарата. Слышен приятный певучий звук.
Тимофеев . Опять звук той же высоты…
Освещение меняется.
Свет пропадает в пятой лампе… Почему нет света? Ничего не понимаю. Проверим. ( Вычисляет .) А два, а три… угол между направлениями положительных осей… Я ничего не понимаю. Косинус, косинус… Верно!
Внезапно в радиорупоре в передней возникает радостный голос, который говорит: "Слушайте продолжение "Псковитянки!" И вслед за тем в радиорупорегрянули колокола и заиграла хриплая музыка.
Мне надоел Иоанн с колоколами! И, кроме того, я отвинтил бы голову тому, кто ставит такой приемник. Ведь я же говорил ему, чтобы он снял, что я поправлю! У меня нету времени! ( Выбегает в переднюю и выключает радио, и рупор, крякнув, умолкает. Возвращается к себе е комнату .) На чем я остановился?… Косинус… Да нет, управдом! ( Открывает окно, высовывается, кричит .) Ульяна Андреевна! Где ваш драгоценный супруг? Не слышу! Ульяна Андреевна, ведь я же просил, чтобы он убрал рупор! Не слышу. Чтобы он убрал рупор! Скажите ему, чтобы он потерпел, я ему поставлю приемник! Австралию он будет принимать! Скажите, что он меня замучил со своим Иоанном Грозным! И потом, ведь он же хрипит! Да рупор хрипит! У меня нет времени! У меня колокола в голове играют. Не слышу! Ну, ладно. ( Закрывает окно .) На чем я остановился?… Косинус… У меня висок болит… Где же Зина? Чаю бы выпить сейчас. ( Подходит к окну .) Какой странный человек… в черных перчатках… Чего ему надо? ( Садится .) Нет, еще раз попробую. (Жмет кнопки в аппарате, отчего получается дальний певучий звук и свет в лампах меняется.) Косинус и колокола… ( Пишет на бумажке .) Косинус и колокола… и колокола… то есть косинус… ( Зевает .) Звенит, хрипит… вот музыкальный управдом… ( Поникает и засыпает тут же у аппарата .)
Освещение в лампах меняется. Затем свет гаснет. Комната Тимофеева погружается во тьму, и слышен только дальний певучий звук. Освещается передняя. В передней появляется Зинаида Михайловна.
Зинаида ( в передней, прислушивается к певучему звуку ). Дома. Я начинаю серьезно бояться, что он сойдет с ума с этим аппаратом. Бедняга!.. А тут его еще ждет такой удар… Три раза я разводилась… ну да, три, Зузина я не считаю… Но никогда еще я не испытывала такого волнения. Воображаю, что будет сейчас! Только бы не скандал! Они так утомляют, эти скандалы… ( Пудрится .) Ну, вперед! Лучше сразу развязать гордиев узел… ( Стучит в дверь .) Кока, открой!
Тимофеев (в темноте). А, черт возьми!.. Кто там еще?
Зинаида . Это я, Кока.
Комната Тимофеева освещается. Тимофеев открывает дверь. Вместо радиоприемника — странный, невиданный аппарат.
Кока, ты так и не ложился? Кока, твой аппарат тебя погубит. Ведь нельзя же так! И ты меня прости, Кока, мои знакомые утверждают, что увидеть прошлое и будущее невозможно. Это просто безумная идея, Кокочка. Утопия.
Тимофеев . Я не уверен, Зиночка, что твои знакомые хорошо разбираются в этих вопросах. Для этого нужно быть специалистом.
Зинаида . Прости, Кока, среди них есть изумительные специалисты.
Тимофеев . Пойми, что где-то есть маленькая ошибка, малюсенькая! Я чувствую ее, ощущаю, она вот тут где-то… вот она бродит! И я ее поймаю.
Зинаида . Нет, он святой!
Пауза. Тимофеев занят вычислениями.
Ты прости, что я тебе мешаю, но я должна сообщить тебе ужасное известие… Нет, не решаюсь… У меня сегодня в кафе свистнули перчатки. Так курьезно! Я их положила на столик и… я полюбила другого. Кока… Нет, не могу… Я подозреваю, что это с соседнего столика… Ты понимаешь меня?
Тимофеев . Нет… Какой столик?
Зинаида . Ах, боже мой, ты совсем отупел с этой машиной!
Тимофеев . Ну, перчатки… Что перчатки?
Зинаида . Да не перчатки, а я полюбила другого. Свершилось!..
Тимофеев мутно смотрит на Зинаиду.
Только не возражай мне… и не нужно сцен. Почему люди должны расстаться непременно с драмой? Ведь согласись, Кока, что это необязательно. Это настоящее чувство, а все остальное в моей жизни было заблуждением… Ты спрашиваешь, кто он? И, конечно, думаешь, что это Молчановский? Нет, приготовься: он кинорежиссер, очень талантлив… Не будем больше играть в прятки, это Якин.
Тимофеев . Так…
Пауза.
Зинаида . Однако, это странно! Это в первый раз в жизни со мной. Ему сообщают, что жена ему изменила, ибо я действительно тебе изменила, а он — так! Даже как-то невежливо!
Тимофеев . Он… этого… как его… блондин, высокий?
Зинаида . Ну, уж это безобразие! До такой степени не интересоваться женой! Блондин Молчановский, запомни это! А Якин — он очень талантлив!
Пауза .
Ты спрашиваешь, где мы будем жить? В пять часов я уезжаю с ним в Гагры выбирать место для съемки, а когда мы вернемся, ему должны дать квартиру в новом доме, если, конечно, он не врет…
Тимофеев ( мутно ). Наверно, врет.
Зинаида . Как это глупо, из ревности оскорблять человека! Не может же он каждую минуту врать.
Пауза .
Я долго размышляла во время последних бессонных ночей и пришла к заключению, что мы не подходим друг к другу. Я вся в кино… в искусстве, а ты с этим аппаратом… Однако я все-таки поражаюсь твоему спокойствию! И даже как-то тянет устроить сцену. Ну, что же… ( Идет за ширму и выносит чемодан .) Я уже уложилась, чтобы не терзать тебя. Дай мне, пожалуйста, денег на дорогу, я тебе верну с Кавказа.
Тимофеев . Вот сто сорок… сто пятьдесят три рубля… больше нет.
Зинаида . А ты посмотри в кармане пиджака.
Тимофеев ( посмотрев ). В пиджаке нет.
Зинаида . Ну, поцелуй меня. Прощай, Кока. Все-таки как-то грустно… Ведь мы прожили с
Перейти
на страницу