Зов Медной горы — страница 3
Тема
прямо в коридоре. Арбузная долька чуть светилась. В квартире остались все каменные вещи, которые он вырезал: все статуи, вазы, фигурки, полки, мебель. В вазе, рядом с долькой лежал еще один предмет, маленький и чуждый вазе. Ярослав взял его и, узнав, плотно сжал губы, чтобы не стонать в голос, только судорожно дышал через нос. Оля оставила свое помолвочное колечко из малахита. Маленькая ящерка обвивалась вокруг пальца, и ее головка лежала на хвосте, а вкрапления меди блестели будто глазки. Темная полоска шла точно по спинке, как у настоящей. Он долго искал камень, чтобы выточить колечко по ее пальцу. Но оно то спадало, то сжимало палец так сильно, что он синел. Не шел ей малахит совсем, не по нутру был. Оля не оставила себе колечка, как и другие его подарки. Ярослав сжал его в кулаке так сильно, что услышал хруст. Разжав ладонь, увидел, что переломил колечко пополам. Оно развалилось так же, как его брак.
В целом Ярослав хорошо справлялся с бытом и чувствами. С учетом всех обстоятельств. Документы для развода ему пришли с курьером. Оля не вложила даже записки, сменила номер телефона и исчезла из его жизни. Ярослав не мог поговорить с ней, предложить начать сначала или обсудить проблему, которая толкнула ее на такой кардинальный шаг. Когда спустя два дня он решился написать одной из ее подруг, то получил ответ, которого не ожидал: «если бы ты уделял ей больше внимания, то знал бы». Он не поверил этим словам, не понял их и решительно отверг. Ярослав понял, что правды она никому не сказала. Почему? Наверное, она сама не поняла, что сделала. Она вернется, а он примет ее, обнимет и погладит по темным волосам, снова вдыхая их запах. Яр скучал по аромату кокосового шампуня и часто спал, обнимая ее подушку. Когда она вернется, он не спросит, что толкнуло ее к разводу, не откажет, а просто улыбнется и обнимет. Крепко, тепло и заботливо. Так, как он уже давно не обнимал ее. Ночами Ярослав часто думал, как она вернется, представлял, что он придет с работы, а дома она – смотрит телевизор в ожидании его или раскладывает ужин, который только что привез курьер. Она ведь любила готовить только что-то простое, типа макарон с сосисками. И они снова поженятся, и в этот раз он скажет ей, что стрижка ей очень к лицу.
Посудомойка превратилась в шкаф для посуды – Яр перестал утруждать себя приготовлением пищи и питался только доставкой, не заморачиваясь с тем, чтобы вытащить еду из контейнера. Сервировка стала ему безразлична. Ему вполне хватало того, что раз в неделю привозил курьер на несколько дней, хотя, надо признаться, рубашка и брюки стали немного велики, и он стал затягивать ремень туже. На работе секретарша сказала, что он побледнел и осунулся, спросила, не нужно ли ей записать его ко врачу, с учетом всех обстоятельств. Он отказался.
Врач бы ему не помог, по крайней мере терапевт. Он бы направил к психологу, в худшем случае. А тот бы проводил ненужные беседы, успокаивал и, того хуже, предлагал бы жить дальше. А Ярослав и жил. Жил так, чтобы Оля, вернувшись, была довольна. Она ведь, когда они познакомились, не одобряла его увлечений. Впрочем, работу она тоже не одобряла, считая ее странной. Все менеджеры, юристы, менеджеры по продажам, а он – резчик по камню! В ее глазах его оправдывало только то, что зарабатывал Ярослав намного больше пресловутых менеджеров и был владельцем собственной мастерской.
Ярослав плохо спал, каждую ночь он ворочался, перебирая в уме варианты того, что надо было сделать или сказать, спросить Олю… и, наверное, сделать это раньше. Когда он заметил, что она охладела? На ум приходил только тот день, когда он сказал ей про стрижку. Ярослав вжимал лицо в подушку, громко и часто дышал, пытаясь прогнать от себя эти мысли. Ему с трудом удавалось заснуть около трех часов. Вставал Ярослав около девяти и спешил в мастерскую. За работой он забывал об Оле, камень увлекал его, пел ему, рассказывал истории и показывал невероятные картины. Особенно Ярослав любил малахит. Уральского камня уже не было, поработать с ним Ярославу не удалось. Но был африканский. Он был лишен той уральской бытности, которую в узорах бляшек, хранившихся дома, видел Ярослав. Неискушенный глаз не замечал разницы, но Ярослав ее видел: в нем не было русской души. Заморский камень показывал бытность мест, откуда привезли его. Распиливая очередной камень на пластинки, Ярослав рассматривал узор – вот бегущий лев, а на другой стадо рогатых животных… Он вспоминал бляшку от прадеда, которую еще его жена, дожидаясь мужа, пока он учился у другого мастера, сама сделала – с деревом, на котором сидела птичка, а внизу другая. Разве ж таких можно было увидеть в африканском малахите? Нет, конечно. Ярослав очень хотел поработать с родным малахитом. Но разве ж его найти?
Большим спросом у туристов пользовался каменный цветок. Ярослав сделал несколько таких цветков из разных камней, кому какой придется по душе: все раскупали. Двое подмастерьев пытались повторить работы мастера, да только не получалось у них. Ярослав делал сортовую работу, на отличку для тех, кто понимал в деле.
Много других поделок делали в мастерской Ярослава, ручки для ножей и вилок из разного камня, статуэтки, украшения. Все пользовалось спросом, даже из других стран заказы были. За станком Ярослав забывал о супруге, да и чего греха таить – о супружестве. В самом начале их брака Оля ревновала Ярослава, когда тот за станком сидел, говорила, что камень ему дороже ее живой. Что не нравится ей квартира Ярослава – в ней все равно что в каменном склепе сидеть.
Оля любила природу, именно так они и познакомились: когда он был на реконструкции сражения и был в числе осаждавших крепость, а она собирала грибы. Наверняка поэтому она сейчас и жила в СНТ, в двухэтажном доме… Достать этот адрес оказалось очень трудно, но в конечном счете одна из ее подруг сказала, где сейчас жила Оля. Ярослав посмотрел на пышный букет роз на заднем сиденье. Поскреб выбритую до синевы щеку и вытер вспотевшую ладонь о брюки. Яр припарковал машину за две улицы от нужного дома, чтобы Оля не заметила его машину и не заперлась. А так, когда она не знала, кого ждать, у него был шанс, что она откроет калитку и они смогут поговорить. Ярослав сидел, глядя в зеркало
Перейти
на страницу