Жестокий бог — страница 100

Тема

разрешение надеть кольцо ей на палец.

– Как ты узнал? – хрипит она. – Что я приду в мастерскую. Сейчас середина ночи.

– Я этого не знал. – Я беру ее за запястье и целую внутреннюю сторону ладони. – Просто я держал это чертово кольцо при себе несколько месяцев. Ты наконец-то сдалась и заглянула туда.

– Ты вел себя загадочно. – Она задумчиво потирает мою нижнюю губу.

– Как оказалось, недостаточно. Ты могла бы уже дважды забеременеть, если бы это зависело от меня.

– Нельзя забеременеть дважды одновременно. Это так не работает.

Она смеется, закрывая лицо. Мне кажется, она краснеет, но в темноте это трудно разглядеть.

– Это что, вызов? – шиплю я, прикрывая глаза. Но моя беспечность исчезает секундой позже. – Неужели я буду стоять на одном колене целую вечность? Не то чтобы я возражал. Просто немного беспокоюсь за свои суставы.

Теперь она хихикает во весь голос. Я пытаюсь подавить улыбку, но мне просто хочется, чтобы она сказала да и избавила меня от проклятых страданий.

– Хорошо. – Она закатывает глаза. – Я выйду за тебя замуж, Вон Спенсер. Но при одном условии.

Я хмурюсь.

– Да?

– Никаких детей.

– Ты не хочешь детей?

– Нет.

Я не останавливаюсь, чтобы подумать об этом.

– Отлично. Что угодно. Блин. Они плаксивы и раздражительны и могут вырасти серийными убийцами. Кому они нужны?

Я надеваю кольцо на палец и встаю, увлекая ее за собой. Я приподнимаю Лен за попку и обвиваю ее ноги вокруг своей талии. Она стонет мне в рот и обнимает меня за плечи, когда я целую ее.

Я с усмешкой шлепаю ее по попке.

– Ленора Спенсер.

– Ленора Асталис-Спенсер, – поправляет она. – И я бы очень хотела, чтобы ты стал Воном Асталис-Спенсером.

На этот раз я действительно думаю об этом. Наступает пауза. Затем она снова начинает дико смеяться, покрывая все мое лицо поцелуями.

– Ты такой чертов идиот.

– Твой чертов идиот, детка.

Год спустя

– Что случилось с «я не хочу детей»?

Вон стоит у раковины в гинекологической клинике, берет карту, где указаны стадии роста нашего малыша, и сосредоточенно смотрит туда, хмуря брови.

У него есть склонность все делать с серьезным видом, и это всегда меня веселит.

Даже в тот день, когда Вон притащил нашу статую, которую он создал, к нам в спальню – последнее украшение для нашего дома – он выглядел не более счастливым, чем когда нарезал овощи для салата накануне вечером.

– Я сказала это просто для того, чтобы посмотреть, каким мужем ты станешь, если что-то пойдет не по твоему плану. Это был тест. – Болтая ногами в воздухе, я сижу на смотровом столе в халате и жду, когда врач сообщит нам пол ребенка. По правде говоря, чем больше времени мы с Воном проводили вместе, тем быстрее во мне росла мысль о детях, подобно листьям на летнем дереве.

Но все, чего я хотела или в чем нуждалась, изменилось после того, как мы сбежали в лондонскую мэрию через три недели после предложения Вона и на глазах у наших близких друзей и семьи провели церемонию. Поппи приехала со своим новым бойфрендом Джейденом, с которым Вон на удивление хорошо поладил. Действительно, если подумать, мы бы и не согласились на что-то другое. Вон был не из тех, кто в восторге от вычурных мероприятий.

Через три недели после свадьбы Барон и Эмилия преподнесли нам свадебный подарок – роскошный пляжный дом с шестью спальнями в Тодос-Сантосе. Мы вежливо поблагодарили их, но, конечно, ничего не собирались с этим делать, потому что любили наш дом на Корсике. И тогда Эмилия высказала прекрасную мысль, что мы могли бы, по крайней мере, посетить его и сдать в аренду. Мы согласились.

В ту минуту, как переступила порог этого дома, я поняла, что родилась, чтобы жить там.

Океан звал меня.

Звук волн, разбивающихся о берег, убаюкивал одурманивающим блаженством.

Все было открыто, красиво и ново. Воздух казался более легким и свежим. Мы вошли вчетвером – Эмилия, я, Вон и его отец – и в ту секунду, когда я встала в центре гостиной, я всей душой почувствовала, что это мой новый дом.

Я с улыбкой повернулась к Вону.

– Давай оставим его.

Не раздумывая, он повернулся прямо к родителям и, прищурившись, посмотрел на них.

– Неужели уже слишком поздно бунтовать против тебя? Потому что на этот раз ты меня конкретно подставил.

Отец с покровительственной ухмылкой похлопал его по плечу.

– Смотри и учись, сынок.

– Не уверен, что хочу посвятить свою жизнь тому, что буду воспитывать своих воображаемых детей, – возразил Вон.

Он все еще думал, что мне не нравится идея завести детей. Мой глупый, глупый любимый муж.

– Ты бы поступил так же, если бы они решили жить на другом конце земного шара. – Его мать мило улыбнулась, но в ее голосе не было сарказма. Она говорила серьезно. Она скучала по нам.

Следующие несколько месяцев мы жили у Спенсеров, в отелях по соседству в Тодос-Сантосе, в Сан-Диего с Найтом и Луной Коул. Приходилось оставаться поблизости, пока мы работали над дизайном дома. И это освобождало много времени для утреннего секса.

И вечернего секса.

И секса посреди ночи.

И, честно говоря, секса в течение всего дня.

Я добросовестно принимала таблетки, отказывалась от антибиотиков и не делала ничего, что могло бы помешать их работе. Это оказалось счастливой случайностью, но меня это даже нисколько не расстроило.

– Я до сих пор не свыкся с мыслью, что в теле моей жены находится нечто живое. – Вон поворачивается ко мне с медицинской картой в руке, постукивая по розовому пятну в форме запятой.

– Не уверена, что у тебя есть большой выбор. – Я ухмыляюсь, откидываясь на спинку кровати. – Кроме того, если ты думаешь, что это странно, то спешу тебя обрадовать: скоро все станет еще более странным.

Он выпячивает нижнюю губу, подходит и садится рядом со мной.

– Вопрос.

– Да?

– Что, если я стану отстойным отцом? Я имею в виду, что знаю: ты в любом случае спасешь ситуацию, но что, если я не справлюсь?

– Ты любишь меня? – спрашиваю его.

– До смерти, – говорит Вон. – И это не просто фигура речи, хотя я был бы очень признателен, если бы ты не проверяла меня насчет этих слов.

Я уже сделала это , хочу сказать ему. И ты решил никого не убивать из-за меня.

Но на эту тему мы не так часто разговариваем.

– Тогда ты будешь любить этого ребенка вдвое сильнее, если не втрое. Ты потрясающий муж. Почему бы тебе не стать потрясающим отцом?

Мы улыбаемся друг другу, когда входит

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *