Жертвы Жадности III: На пути прогресса — страница 2
Тема
новой песней:
— Я улечу первым рейсом навсегда-а-а-а-а-а-а!
Помню, Плутон вчера хвастался, что сегодня как раз потратит свою первую сотню жизней. Так вот… Кажется, он совершенно не понимает, что такое — правильно отмечать юбилейные события. На такие случаи ведь надо заготавливать нечто особенное… Надеюсь, вот эта зелёная тоска, которую он выл, не была для него «чем-то особенным». Да уж…
Сегодня мне предстояло провести в посёлке лишь первые три часа утра. Мы планировали большой поход отряда ударников уже несколько дней. И отменять его не собирались. Оставалось только пообщаться с Сашей и Кириллом, своровать у них приготовленный Ирой завтрак — и всё! В поход! За славой и богатством!.. Ладно, за медью и оловом, но в нашем посёлке — это вообще-то как золото и платина…
— Филя! Ты в курсе, сколько участников похода сдало опыт на хранение в казну посёлка? — спросил меня Кирилл, который сегодня утром явно был не в духе.
— Сколько? — поинтересовался я, не чувствуя подвоха.
— Все, кроме одного! — пояснил Кирилл и выжидательно уставился на меня.
— Ну он сдаст… — отмахнулся я. — Кто он, кстати?
— Он, кстати — это ты! — мрачно заметил Кирилл.
— А! Да?! — до меня, наконец, дошло, что Кирилл издевается. — Ладно, сейчас…
Игрок: Федотов Ф.Л.
Уровень: 32
Жизнь: 13190 (13190)
Энергия: 9450 (9450)
Сытость: 41,00 %
Жажда: 59,00 %
Усталость: 98,00 %
Тепло: 100,00 %
Сила: 63,00
Ловкость: 40,00
Телосложение: 18,00
Интеллект: 10,00
Мудрость: 7,00
Вера: 10,00
Свободные очки: 0
Передаваемые свободные очки: 41
Свободный опыт: 43501/129204
Навыки (оружие):
Махание дубиной — уровень 3
Стрельба из лука — уровень 0
Тыкание копьём — уровень 3
Достижения:
«Тёртый калач»
«Упрямый баран»
«Безжалостная тварь»
«Могучие потроха»
«Основатель»
Схема развития:
«Я — червяк!» + 170 энергии
«Племенной бычок» +230 жизни
Особые умения:
Срыгнуть кислоту — уровень 0
Пассивные умения:
«Обоерукий»
Опыт я потерял на восемьдесят первый день, когда система посчитала, что мы достаточно долго протянули, чтобы накинуть ещё единичку интеллекта. Это резко уменьшило необходимое количество опыта до следующего уровня — и я «апнулся». Вообще в поведении системы уже вырисовывалась схема: нам давали по единичке веры (или мудрости, или интеллекта) каждые десять дней. Вот, к примеру, перед Новым годом всем нам раздавали веру. А после увеличения интеллекта я сразу взял тридцать второй уровень — и потерял шестьдесят тысяч опыта. Ещё по мелочи спустил на покупки и еду… Приплывавший на днях Харчик на этот раз от меня ничего не получил. Расстроившись, он обещал вернуться ещё через пару недель с чем-нибудь редким и интересным. Вот не дают торгашу мои ПСО покоя…
Вздохнув, я отправил Кириллу запасы опыта. Тот принял их со сдержанным кивком.
— Вот теперь все перекинули… — подтвердил он.
Подошла Ира и, ласково потрепав меня по голове, поставила прямо передо мной еду. Обычно по голове она меня слегка прикладывает — и вообще, завидев меня на завтраке, корчит недовольную физиономию… Хотя вот я тоже руководитель, но пусть ей скажет об этом кто-нибудь, «кроме я», а то ещё и на колкость можно нарваться… Зато сегодня Ира меня любила, потому что я исчезну из посёлка сразу на несколько дней. Кажется, мне даже еды наложили больше, чем Саше и Кире.
— Ну что, отправляетесь? — жизнерадостно спросил Саша.
— Ну так… — кивнул я.
— Тогда вот что… Я тут поговорил с людьми, — заметил мой партнёр. — Есть те, кто готов попытаться сплавить бронзу. У меня уже пяток рецептов есть, так что будем пробовать! С вас — ещё меди. Ну и что получится: мышьяк, олово или серебро, на худой конец…
— А что, и с серебром тоже можно? — удивился я.
— Вроде как можно, только точных пропорций никто не знает! — хмуро кивнул Кирилл и раздражённо отодвинул от себя тарелку.
— Чего это с ним? — спросил я у Саши.
— Зуб под утро заболел, — негромко пояснил тот.
— И болит! — пожаловался глава посёлка. — А ведь я даже поспать сейчас не могу, чтобы восстановиться!
— Жуть какая… — посочувствовал я, с аппетитом принявшись за еду.
— Сегодня надо дома восстановить, которые сгорели. И на этом можно заканчивать с авральными работами! — заметил Саша.
— У нас авральные работы идут уже месяц из трёх в общей сложности! — отмахнулся Кирилл. — Так что они совсем не авральные, просто очень интенсивные…
— Ну, значит, заканчиваем с интенсивными работами, — согласился Саша. — И можем переходить к какому-нибудь проекту…
— Кирпичи у Скульптора закажите! — посоветовал я. — А то так и будем гореть после любого неосторожного чиха в сторону костров.
— А потом ещё придумайте, как скрепляющий раствор делать, ага… — кивнул Кирилл. — А потом ещё попробуйте что-нибудь построить…
Я вспомнил все свои знания про стройку и, на удивление, даже смог кое-что выдать:
— Одна порция измельчённой глины на три порции измельчённого известняка. Смешать, обжечь хотя бы при температуре в тысячу градусов в печи… Чем больше температура, тем лучше. То, что получается во время обжига, надо ещё вращать для лучшего запекания! — я припомнил то, что мне рассказывали. — Печь надо больше четырёх часов. То, что по итогам получится — снова надо измельчить. Это и будет цемент.
— Это… Это что сейчас такое было? — спросил Кирилл, уставившись на меня и на время забыв про больной зуб.
— Это были знания! — наставительно произнёс я. — Добытые путём опроса знающих людей!
— А! — лидер посёлка как-то сразу поник. — А я думал, может, у тебя умение какое-то появилось…
— Нет, про такие умения я пока и не слышал, — признался я. — Зато при наличии цемента можно строить простые дома из камня и кирпича… Кстати, печь, способная давать тысячу градусов, нам ещё понадобится для выработки бронзы, так что я бы уже сейчас направил людей её делать.
— Всё, молчите оба! — попросил Кирилл. — А то я вас убить хочу…
Переглянувшись, мы с Сашей в ответ лишь усмехнулись и принялись активнее уплетать завтрак.
Выдвинулись мы под грустные крики вышронского птеродактиля. Того самого, что, не рассчитав своих сил, недавно решил сцапать Плутона. Кстати, Плутона он в то злополучное утро выронил в море где-то посередине между Мысом и Лосевкой. К всеобщему удивлению, Плутон выжил. И птеродактиль — тоже. На следующий день он к нам вернулся и был накормлен мясом и рыбой. А когда до нас как-то вечером добралась стая дологнисских хомяков, вообще поселился на уступе скального обрыва со стороны моря. Когда ему не находилось добычи — наши жители подкармливали хищную тварь. Кстати, финальную точку в истории с пингвинами он как раз и поставил. Вернулся злой, голодный — а тут такой подгон! Пингвинов даже стало жалко
Перейти
на страницу