Замок тайн — страница 144

Тема

заиграли на ее щеках.

Карл молчал. Это румяное округлое личико с чуть заостренным подбородком, золотистые кудряшки, по-лисьи лукавые темно-голубые глаза… Ева!..

Карл побледнел и с трудом проглотил ком в горле, но заставил себя улыбнуться.

— Мне показалось…

Он не окончил фразы и отвлекся, заметив в числе свиты четы Робсартов две внушительные фигуры охранников из Сент-Прайори. Теперь на них были дорогие ливреи дома Робсартов, в лице застыло достоинство слуг из хорошего дома. Но Карл заставил их улыбнуться, вспомнив, что они когда-то обыграли его в кости. Он полез в карман и тут же рассмеялся, заметив, что у него с собой ни единого пенса. Что ж, у него еще будет время расплатиться.

— Мы ведь еще непременно встретимся, не так ли? И с вами, сэр Стивен Робсарт. В самое ближайшее время в моем дворце в Уайтхолле. А сейчас я вынужден проститься. Видите, какое вышло столпотворение из-за моей задержки?

И, не удержавшись, чтобы еще раз не поцеловать ручку Рэйчел, он поспешил к своей свите.

Играла музыка, кричали люди, гремели барабаны, цокали подковы лошадей проезжающей процессии. Многие из следовавших мимо спешили снять шляпы и поклониться семейству Робсартов, к которым Его Величество проявил такую милость.

Рэйчел нежно поглядела на мужа.

— Кажется, при дворе Карла II ты сможешь сделать блестящую карьеру, Стив.

Он чуть кивнул:

— Все возможно. Если не забывать, что этот «черный мальчуган» чаще дает обещания, чем их исполняет. В любом случае у меня есть ты, наши дети и Сент-Прайори. И я счастлив, как мало кто из смертных. — И, убрав завиток с ее щеки, шепнул, приблизившись: — Король так глядел на тебя, Рэч… Я даже невольно ревновал. И безумно захотел послать ко всем чертям этот праздник и оказаться дома, в нашей спальне… с тобой наедине.

Рэйчел смеялась, глаза ее вспыхивали. Потом она стала серьезной и заметила:

— Ты видел, какими глазами взглянул король на нашу Еву?

Они оба на миг помрачнели. Затем Стивен улыбнулся, подхватил дочь на руки и расцеловал в обе щеки.

Рэйчел в этот момент пришлось усмирять младшего сына Чарльза, который, устав стоять и отвешивать поклоны, развлекался, корча рожи проезжающим. Да, у них была уже другая жизнь, прошлое осталось в прошлом.

Карл Стюарт по-прежнему был в центре всеобщего внимания. Хотя встреча с Робсартами что-то затронула в его душе, он не мог долго предаваться воспоминаниям в этот день всеобщего ликования. И все же, несмотря на его оживленный вид и беспрестанные любезности и шутки, какими он то и дело обменивался с подданными, где-то почти подсознательно он ощущал горечь. Но он уже свыкся с этим чувством и не помнил, когда оно поселилось в его душе и окончательно превратило его из романтика, каким он когда-то покинул Англию, в беспринципного циника, каким он вернулся на родину. И сейчас, въехав в ворота Уайтхолла, где отцы города приготовили ему торжественную встречу, король лишь краткое время кивал, выслушивал их речи и поздравления, потом поднял руку, приказывая остановиться, и, сославшись на утомление, направился в приготовленные ему покои в старом отцовском дворце.

Брат Джеймс попытался его остановить.

— Чарльз, ты не можешь так поступать, твой королевский долг обязывает!.. Эти люди ждали тебя, они признали тебя королем…

— Раз так, то они должны понять, что монаршая просьба является для них равносильной приказу.

— Но королевский долг!..

Чуть приподняв бровь, Карл поглядел на брата, и принц Джеймс осекся, но, по-своему истолковав иронию в глазах короля, стал лепетать, что если Карл имеет в виду его женитьбу с неподобающей по рангу Анной Хайд, то он готов отречься от нее.

В уголке губ короля залегла горькая складка:

— А ведь ты так любил ее когда-то, Джемми. И сейчас, когда она ждет от тебя ребенка…

— Но когда я на ней женился, я, как и ты, был изгнанником, принцем лишь на словах.

— Ты заметил, — вдруг прервал его Карл, — того мужчину, с которым я недавно разговаривал? Это благодаря ему тебе когда-то удалось бежать из плена.

— Что? — только и заморгал Джеймс.

Карл вышел, хлопнув дверью.

Его встретили огромные пустые покои со всем слепящим блеском вновь возвращенного великолепия после того, как при Кромвеле здесь были казармы, а сейчас сияли хрустальные люстры, персидские ковры угодливо приглушали шаги, зеркала в золоченых рамах были готовы безропотно отразить Его Величество короля Англии, Шотландии и Ирландии Карла II Стюарта. В их глубине Карл видел очень высокого, хорошо сложенного мужчину со смуглым, покрытым ранними морщинами лицом. Сегодня ему исполнилось тридцать лет. Он добился всего, чего хотел. Он счастлив. И одинок. Так одинок…

Карл вдруг резко позвонил в колокольчик.

— Проджерс, — обратился он к сразу склонившемуся в поклоне царедворцу, — леди Палмер уже здесь?

— Она ждет, сир.

Через минуту потайная дверца открылась, и в проеме показалась удивительно красивая женщина. Карл улыбнулся ей, в глазах его мелькнуло искреннее восхищение.

— Барбара!..

Леди Барбара Палмер, любовница короля Карла, была дивно хороша. Высокого роста, божественно сложенная и хрупкая одновременно, она сразу поражала воображение. Сейчас, в очень открытом платье из лилового бархата с волнами розовых кружев и бантиков, она казалась соблазнительной и величественной одновременно. У нее были роскошные локоны цвета темного золота, овал лица по своей форме напоминавший сердечко, точеный маленький нос и миндалевидные, по-лисьи раскосые глаза темно-синего, почти фиолетового цвета.

Она опустилась перед королем в низком реверансе и кокетливо поглядела из-под пушистых ресниц.

— Сир, а я опасалась, что среди всех этих празднеств вы совсем забудете меня.

— Забыть вас, сердце мое? — беря ее за кисти рук и заставляя выпрямиться, спросил король. — Плохо же вы меня знаете. Я никогда не забываю тех, кого любил и люблю.

Барбара польщенно улыбалась. Вновь этот кокетливый взгляд из-под ресниц.

— Ваше Величество…

Он словно ничего не слышал, глядя на нее, но взгляд его был необычным, внимательным и словно бы отрешенным одновременно. Он будто что-то искал в ее лице.

— Сир? Что с вами?

Карл словно очнулся и попытался улыбнуться.

— Ты так похожа, Барбара… так похожа!

В прекрасных глазах Барбары Палмер появился колючий блеск.

— На кого, Карл? О, вы порой пугаете меня. Вы словно ищете во мне кого-то. Но я — это я. Такой второй нет.

— Да, второй такой нет, — как-то бесконечно печально повторил король. И этим окончательно разозлил фаворитку. Она высокомерно вскинула красивую головку.

— Я слишком хороша, сир, чтобы вы могли восхищаться мной самой, а не сравнивать меня с кем-либо.

Карл иронично поглядел на нее и весело рассмеялся. Да, в этом была

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *