Замок Кон’Ронг — страница 90
Тема
это – отпустить от себя любимую женщину, даже ненадолго, а Джин и сама уезжать от него не хотела.
Печален был Лесли – после ночных происшествий ему было плохо. Потерять мать – горе. Узнать, что она была детоубийцей, что пыталась поджечь замок и убить их всех, – еще страшнее. Хорошо хоть, Кон’Ронг не успел сгореть. Слуги бросились его тушить сразу же, как разбежались поджигатели.
Аликс гладила Лесса по руке, но мысли мужчины витали где-то далеко.
Кейт взирала на все это не без тревоги. Все же… это ее мать. Захочет ли Люсьен такую родню? Она бы вот не захотела…
Слово взял Эдвард.
– Дамы и господа, у нас была трудная ночь, и нам предстоят еще сложные времена, а потому давайте проясним ситуацию… Мы с Джинджер остаемся здесь. Королевский гонец уже уехал и увез все документы. Он расскажет, чему был свидетелем. Мы с Джинджер завтра женимся. Надеюсь, вы станете гостями на нашей свадьбе, да и потом будете заезжать…
– Обязательно, – кивнул Люсьен. – Кейт выросла здесь, думаю, иногда ей будет приятно приехать в гости.
Кейт бросила на мужа благодарный взгляд.
– Да, дорогой. Если хозяева будут не против.
– Мы будем не против, – согласился Эдвард. – Я буду рад видеть и вас обоих, и Колина с Эллиной.
– Это ведь вы спасли Колина? – осенило Люсьена. – Вы? Ваши следы от когтей были на плечах мальчика? Вы – то чудовище?
– Я.
– Спасибо вам, – искренности в словах Кейт хватило бы на десяток человек. – Спасибо!
Взгляд Эдварда смягчился.
– Я буду рад видеть вашу семью, Кейт. Вы не можете отвечать за вашу мать, впрочем, я подозреваю, что она просто сошла с ума. Такое бывает.
Кейт кивнула.
– У мамы часто болела голова, она устраивала истерики… может быть – возраст? В определенные периоды у женщин помрачается сознание.
– Вполне может быть, – согласился Эдвард. – Лесли, мы рассчитываем на вас с Аликс.
Лесли вздохнул.
– Лорд Кон’Ронг, я бы принял ваше предложение, но… я теперь никто, без денег, без дома, с беременной женой… может быть, вы не возражаете устроить две свадьбы в один день?
– Не возражаем, – кивнула Джинджер.
– Вот. Как только мы с Аликс определимся…
– В этом могу помочь я, – усмехнулась Кларисса Брайс. – У меня в столице несколько доходных домов. Дело нужное, полезное и приносящее хорошую прибыль, но только при наличии твердой хозяйской руки. Я же сейчас хотела бы остаться в замке… надеюсь, не слишком помешаю молодым?
Эдвард покачал головой.
– Мама хотела бы, чтобы вы жили с нами. Она радовалась…
На последнем слове его голос дрогнул, и Джин коснулась его руки.
– Я рядом, родной мой. Рядом…
– Так вот, – Кларисса сделала вид, что ничего не заметила, и повернулась к Лесли и Аликс, – если вы, молодые люди, согласитесь поселиться в столице, в нашем доме, и взять на себя управление… допустим, за пятнадцать процентов от прибыли?
Предложение было более чем щедрым. Аликс и Лесли переглянулись.
– Почему бы не попробовать на первое время? – решился бывший лорд Кон’Ронг.
– Да и фамилии тебя, дядюшка, никто не лишает, – поддержал Эдвард.
Лесли вздохнул.
– Я… спасибо.
– Не стоит благодарить, – отмахнулся Эдвард. – Если справишься, у меня тоже бывают дела в столице, а оставлять надолго Кон’Ронг и жену я не хочу. Так что нужен будет доверенный человек… Посмотрим.
Джинджер промолчала.
Пока. Но она собиралась поговорить с Аликс еще об одном варианте. Все же Пирлен угорел при пожаре, а бумаги о разводе… не было его.
В ее чреве растет новый виконт Пирлен, наследник старого графа. Кто мешает Аликс по-хорошему договориться с отцом Сэндера? Уж бедствовать они с Лесли точно не будут, а порядочность поступка…
Да Сэндер в десять раз больше жене должен за побои и покушения на убийство! Но это они потом обсудят с Аликс.
Лесли и рад был бы возненавидеть их. Да вот беда – не получалось. А потому он просто коротко кивнул и привлек к себе любимую. В море все условности, хватит с него. Ему сейчас нужен хоть кто-то близкий рядом.
– Так тому и быть, – подвела итог Кларисса. И вдруг усмехнулась, горько и цинично. – Сказки должны заканчиваться свадьбой? Пусть эта жутковатая сказка закончится вашей свадьбой.
– А потом?
– Начнете новую. Для маленьких детей и со счастливым концом. Надеюсь, намек понят?
Эдвард кивнул и крепко поцеловал невесту.
Намек был понят. С детьми постараемся…
Леди Ирэна Гервайн была похоронена на фамильном кладбище, рядом с отцом и матерью. Провожать ее пришла вся округа. Рыбаки и крестьяне, бедняки и богачи, все стояли вперемешку, и Эдвард никого не прогонял. И слышал шепотки, летающие по толпе: «Кон’Ронг, как есть Кон’Ронг. И глаза ихние, и волосы, и вообще… Красавчик какой…»
Вольно им сейчас говорить, когда Джин сняла с него это проклятье!
Его девочка, его любимая…
Мама ее одобрила, это точно.
И в ответ на мысли Эдварда сквозь облака пробился солнечный лучик, мазнул его по носу…
Ну-ка, не унывай! Кто сказал, что я ушла? Я за тобой приглядываю, мальчик мой! Выше нос – и держись! Выше нос – и дерись! Не то сама отшлепаю…
И как тут было не улыбнуться невесте?
На следующий день жрец Тирин венчал две пары.
Неважно, что они обошлись без свадебных платьев и букетов, главное, что в глазах мужчин и женщин сияла искренняя любовь… ну и венчание было оплачено. Так что Тирин не стал говорить, что свадьба после похорон – это как-то неправильно. Он просто обвенчал влюбленных, получил сверх платы корзинку со всякими вкусностями и распрощался с господами.
А Эдвард потянул Джинджер на башню. Ту самую, Драконью.
Джин и не сопротивлялась. Как ни странно, плохих воспоминаний или ассоциаций у нее не было, Кон’Ронг нравился ей от первого до последнего камня.
– Здесь красиво, правда?
– Очень. Зачем мы здесь?
– Может, мне захотелось тебя поцеловать?
– Я бы и так не возражала.
– А если мне захотелось это сделать романтично?
– И тогда я бы не возражала. Ты только это хочешь сделать?
– Нет. Не только. Знаешь… мама всегда верила, что мы вернемся сюда.
– Да?
– Я иногда забывал о своей цели, а она верила. Поддерживала меня, вытаскивала из пропасти отчаяния, давала силы жить дальше… и она была права. Я встретил тебя, и я тебя люблю.
– Я тебя тоже люблю.
– Джинджер, я хочу быть с тобой всегда. Если ты когда-нибудь меня разлюбишь, мне легче будет шагнуть с этой башни. Я не смогу с этим жить, – честно признался Эдвард.
Джинджер подошла вплотную, коснулась ладонью его груди, там, где сильно и ровно билось сердце.
– Моя жизнь,
Перейти
на страницу