Вселенная нелюдей — страница 100

Тема

дверей, ни окон. Только бесконечные полосы. Поворот направо. Снова коридор. Поворот налево. Всё тот же коридор.

Я бежал за игрушкой, не отставая ни на шаг. И вдруг коридор закончился тупиком. Планетоход стукнулся о стену.

– База, ответьте, – в последний раз прохрипел динамик и замолчал.

Гусеницы ещё пару секунд вращались вхолостую, а затем жужжание моторчика стихло.

Это всё? И куда он меня привёл? В тупик? Зачем? Чтобы отнять последнюю надежду?!

А хотя нет! В одном месте обои слегка разошлись на стыке. Дверь… Это скрытая дверь!

Я подбежал к стене и дёрнул за бумажный край. Да! Там была хлипкая фанерная дверь! Выход из Междумирья?

Ни ручки, ни замка.

Я ударил коленом по фанере, и она треснула, как театральная декорация. За ней оказалась темнота…

Перед глазами всё завертелось. В ушах завыла сирена скорой помощи. Я уже не стоял, а лежал где-то в другом месте. Меня куда-то везли…

– Приходит в сознание! – прозвучал незнакомый женский голос.

Картинка на мгновение стала чётче. Я увидел над собой лица врачей, а потом снова провалился во тьму…

В следующий раз я очнулся с ясным пониманием, что нахожусь в больнице. Всё указывало на это: белые стены, запах спирта, тихий писк аппаратуры…

– Что со мной случилось? – спросил я у первого человека, который вошёл в палату.

Лоб ныл тупой, пульсирующей болью. Образ того, кто стоял рядом, расплывался, как в тумане.

– У вас травма головы и вывих плеча, – ответил размытый силуэт. – Вы упали в открытый канализационный люк. Не помните?

– Припоминаю, – прохрипел я.

Первые дни были тяжёлыми. Боль, слабость, путаница в голове… Но постепенно становилось легче. И наконец-то ко мне стали пускать не только родственников.

Первая, конечно же, пришла Инна. Моя любимая Инна… Она появилась на пороге, и сердце затрепетало от радости.

– Юл, ты живой! – воскликнула она, присаживаясь рядом с кроватью, её глаза блестели от слез. – Я думала, что с ума сойду! Как ты себя чувствуешь?

– Да всё норм, – ответил я, накрыв её тоненькую кисть своей ладонью.

– Ты сам упал? – спросила она ни с того ни с сего.

– Что? – не понял я.

– Ты сам упал? – повторила Инна, глядя мне прямо в глаза. – Тебя никто не столкнул? Я думала о том призраке… Ну, о мальчике с головой медведя!

– Мы с Алёшкой не враги, – ответил я. – Он помог мне выбраться.

Инна облегчённо вздохнула и упала головой мне на грудь.

– Юл, пожалуйста, не делай так больше. Пропадёшь ещё хоть на день, и я тебя убью!

А я наклонился и поцеловал её в носик.

Находясь на грани между жизнью и смертью, Юлий оказался в Междумирье, а после благополучно выбрался из него. Из Загробья можно вернуться, если материальное тело человека остаётся живым!

В самом низу

«Как же я устал», – эта фраза возникает у меня в голове ежечасно. Я и не помню, когда в последний раз чувствовал себя бодрым и выспавшимся. У меня словно на плечах груда камней, и каждый прожитый день добавляет ещё по одному камешку.

«Как же я устал! Как же я устал!» – жалуюсь сам себе.

Сколько ещё выдержит моё измученное тело? Моя жизнь – борьба. И в этом нет никакой романтики.

Я отбыл очередную смену в психиатрической клинике, зашёл в пустой вагон электрички, рухнул на сиденье, приложился виском к окну. Во время езды стекло так вибрировало, что голова трещала, но я даже так смог задремать.

Во мне столько усталости, что стоит лишь приземлить задницу, и я засыпаю.

Шарахнулись в стороны двери в конце вагона. От грохота я резко проснулся. Как почувствовал, что это не человек. То был Щуполь. Есть у меня привычка раздавать нелюдям имена… У Щуполя нет глаз и даже нет углублений на их месте – только гладкая кожа как продолжение лба.

Щуполь похож на худющего подростка. Он сгорбленный, как знак вопроса. Голый по пояс, хребет торчит острыми позвонками, как гребень ящера. Руки у него длинные, а пальцы как сосиски. Он идёт по вагону, расставив свои «шкрёмбалы». Склоняется то вправо, то влево, чиркает по стёклам, по стенам. Не знаю, что будет, если попасться под его лапу. Я лишний раз на бой не нарываюсь.

Когда Щуполь оказался совсем рядом, я пригнулся. Рубануть бы его по руке чем-нибудь! Да хрен с ним. Пускай ходит.

Когда он вышел из вагона, я опять приложился к стеклу и собирался поспать, но тут из-за спинки сиденья впереди поднялась бородатая физиономия. Глаза краснющие, нижние веки набухли мешками. Видно, сильно пьющий…

– Ты его видел? – спросил он.

Ох! Спиртягой от него несло, спичку поднесёшь – взорвётся! Я не хотел с ним разговаривать и притворился спящим. Но он оказался приставучим:

– Ну, скажи: ты видел ЭТОГО с длинными руками?

– Видел, – ответил я.

Этот чмырь был безобидным, разве что от его дыхания можно было угореть.

– Вот и я видел, – сказал он. – А ведь они не всем показываются на глаза. Я их вижу с тех пор, как поработал на заводе Трудпосёлка. Есть там завод заброшенный. Знаешь?

– Знаю, – ответил я.

– Вот я там охранником был. На том заводе ходили Пустоголовые. Их там так называют. Человечки из металлолома. Видел таких?

– Видел пару раз, – я вспомнил, как один из них выбил мне окно. Я этих железных человечков называл развалюхами.

– Вот я долго не пил, а как с ними повстречался, так снова запил, – сказал бородатый с сожалением.

– Так это они тебя убили или ты сам умер? – полюбопытствовал я.

– Как умер? – удивился алкаш. – Я не… Ой… Наверное, в самом деле умер! Ну да… Вот на этом сиденье. Отравился какой-то дрянью. Контролёр меня тряс, думал, сплю, а я уже был мёртвый. Как же я это мог забыть? Умер ведь!

Электричка подъезжала к моей станции. Я встал и пошёл в тамбур, оставив усопшего забулдыгу[93] наедине с его терзаниями. Чем я мог ему помочь?

Я спал лицом в подушку до самого вечера, пока не загремели консервные банки на моей самодельной сигнализации.

Кто-то влез в дом и задел леску. Рука сжала деревянную биту. Опять этот оборванец пробрался через окно кухни. Горбун в лохмотьях, который когда-то грозился вырвать мне язык.

Я ему уже выбил все зубы и рубил его топором. Он еле держался, чтобы не развалиться на куски, и всё равно рвался ко мне, гад!

Он, скрипя и охая, попёр на меня, а я его битой в ухо!

– Всё, больше ты ко мне не влезешь, – сказал я и стал бить его со

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *