Возвращение Тимми Батермэна — страница 2
Тема
замужем; у нее был двухкомнатный домик на пересечении Педерсен-роуд и Хэнкок-роуд, и у нее была куча джазовых пластинок. Она всегда была готова составить вам компанию, если у вас найдется долларов десять, которые не так уж трудно было в те времена заработать. В общем, она тоже видела Тимми со своего крыльца и сказала, что он шел по обочине дороги, а потом остановился.
«Он просто стоял там», - сказала она. - «Его руки свисали по бокам, а голова наклонилась вперед: выглядел он словно боксер, только что побывавший в нокауте». Она сказала, что замерла тогда на крыльце и не могла пошевелиться, при этом её сердце бешено колотилось в груди. Потом он обернулся, точно пьяный солдат, пытающийся выполнить команду «кругом!». При этом одна нога зацепилась за другую, и он едва не упал. Она говорила, что он посмотрел прямо на неё, ее руки внезапно ослабли, и она уронила корзину с бельем, при этом белье рассыпалось и испачкалось.
Она сказала, что его глаза… она сказала, что это были глаза мертвеца: тусклые, как мраморные шарики, Луис. Но он увидел ее…и усмехнулся... и она сказала, что он заговорил с ней. Спросил, остались ли у неё те пластинки, потому что он был бы не против с ней подергаться. Может быть, даже сегодня ночью. Миссис Страттон убежала в дом и не выходила оттуда больше недели, но к тому времени все уже закончилось.
Многие видели Тимми Батермэна. Большинство уже умерли… та же миссис Страттон, кто-то уехал, но остались еще несколько старых кляч, вроде меня, которые могут еще кое-что тебе рассказать… если ты правильно их попросишь.
Мы его видели, скажу я тебе, как он бродил туда-сюда по Педерсен-роуд, где-то в миле от дома своего отца, то восточней, то западней. Он ходил туда-сюда, взад-вперед весь день и днем и ночью, и все об этом знали. Рубашка навыпуск, лицо бледное, волосы торчат в разные стороны, ширинка расстегнута, и этот его взгляд… этот взгляд…
Джад сделал паузу, чтобы прикурить сигарету, потом, встряхнув рукой, погасил спичку и посмотрел на Луиса сквозь облако сизого дыма. И хотя история старика, конечно, звучала совершенно безумно, в глазах Джада не было лжи.
- Знаешь, есть много историй и фильмов - не знаю, сколько в них правды, - о зомби на Гаити. В этих фильмах они ходят, волоча ноги, такие медленные и неуклюжие, а их мертвые глаза смотрят вперед. Так вот, Тимми Батермэн был таким же, Луис, как зомби в фильмах, но не совсем. Что-то в нем было. Что-то происходило в глубине его глаз, иногда это было заметно, а иногда - нет. Что-то в глубине его глаз, Луис. Я не знаю, как это назвать. Точно не проблески мысли. А что именно - не могу сказать.
Это что-то было хитрым и наглым. Как в тот раз, когда он сказал миссис Страттон, что хочет зайти к ней вечерком подергаться. Что-то там было, Луис, и как мне кажется, это не имело ничего общего с Тимми Батермэном. Как будто… как будто им управлял радиосигнал, приходивший откуда-то извне. Ты смотрел на него и думал: «Если он ко мне прикоснется, я закричу». Вот как-то так.
Так он и ходил по дороге туда-сюда, и однажды, когда я возвращаюсь домой с работы - это было… кажется это было 30 июля…по-моему, так…, а у меня на заднем крыльце сидит Джордж Андерсон, наш почтмейстер, сидит и попивает холодный чай с Ганнибалом Бенсоном - вторым человеком в нашей городской управе, и Аланом Перинтоном, начальником пожарной службы. Норма тоже сидела с ними, но в разговоре участия не принимала.
Джордж все потирал культю, которая на тот момент представляла его правую ногу. Он потерял большую часть ноги, когда работал на железной дороге, и культя сильно беспокоила его, особенно в жаркие, душные дни. Но, так или иначе, он был здесь.
«Это зашло слишком далеко, - сказал мне Джордж. - Во-первых, мой почтальон не желает доставлять почту на Педерсен-роуд. К тому же правительство начинает поднимать шум, а вот это уже серьезно».
«В каком смысле, поднимает шум?» - спросил я.
Ганнибал рассказал, что ему звонили из Военного ведомства. Какой-то лейтенант по фамилии Кинсман, в чьи обязанности входило отделение злонамеренного вредительства от банальных розыгрышей. «Четверо или пятеро человек написали анонимные письма в Военное ведомство, - говорит Ганнибал, - и этот лейтенант Кинсман начал немного беспокоиться. Если бы письмо было только одно, они бы просто посмеялись. Если бы все эти письма написал один человек, продолжил Кинсман, то он бы позвонил в полицию Дерри и предупредил их, что, возможно, у них в Ладлоу завелся психопат, ненавидящий семью Батермэнов. Но все эти письма пришли от разных людей. Он сказал, что это сразу понятно по почерку, есть там имя или нет, и во всех этих письмах одна и та же безумная штука - если Тимоти Батермэн мертв, то почему его оживший труп расхаживает туда-сюда по Педерсен-роуд, пугая мирных граждан.
«Этот Кинсман собирается прислать сюда своих парней или даже приехать лично, если письма продолжат поступать, - закончил Ганнибал. - Они хотят знать, действительно ли Тимми умер, или же он в самоволке, или что там еще, потому что им не нравится думать, что у них там такой бардак с документацией. Они обязательно захотят узнать, кто там лежит в гробу Тимми Батермэна, если не он сам».
В общем, ты понимаешь, Луис, какой возник кавардак. Мы сидели так около часа, пили холодный чай и разговаривали. Норма спросила нас, не хотим ли мы сандвичей, но никто не хотел.
Мы все это обмозговали и, наконец, решили сходить к Батермэну. Я никогда не забуду тот вечер, даже если проживу вдвое дольше. Было жарко, жарче, чем в преисподней, и заходящее солнце напоминало ведро с кишками, спускающееся за горизонт. Никому из нас не хотелось идти, но деваться было некуда. Норма поняла это раньше любого из нас. Она, под надуманной причиной, отвела меня в сторону и сказала: «Не дай им замяться и отступить, Джадсон. С этим надо кончать. То, что происходит - мерзость!»
Джад внимательно посмотрел на Луиса.
- Она так и сказала, Луис. Это ее слово. «Мерзость». И еще она прошептала мне на ухо: «Если что-нибудь случится, Джад, беги. Не думай о других, каждый сам за себя. Думай обо мне и спасай свою шкуру, если что-нибудь случится».
Мы поехали на машине Ганнибала Бенсона - у этого сукиного сына всегда были талоны на бензин,
Перейти
на страницу