Ты – моя половинка — страница 58
Тема
к жизни во всех ее проявлениях, от кухни до архитектуры. Но все это оказалось в другом, более свежем, интересном ключе, с размахом Североамериканского континента.
Инна бродила одна, нисколько не опечаленная своей добровольной отчужденностью. Ей чудилось, что сам город говорит с нею своими старыми стенами, окнами, шпилями соборов. Железнодорожный вокзал был так красив, что не казался вокзалом, скорее, каким-то шато с очаровательными серо-голубыми башенками над входом. После него Инна долго любовалась громадой университета Лаваля – тоже с башнями, на этот раз зелеными. Башенки вообще тут были повсюду, город словно пытался улететь куда-то ввысь. Квебек оказался легким, его мало что удерживало на бренной земле.
Даже торжественный «Отель дю Парлеман», здание Квебекского парламента в стиле Второй империи, был легким, несмотря на восемь своих этажей. Наверное, город держала только крепость, раскинувшаяся на мысе Диаман. Она, со своим совершенно римским входом из серого камня, с четырьмя колоннами по бокам, единственная выглядела крепко вросшей в землю, якорем, давно вонзившимся в плоть берега.
Инна и сама парила вместе с городом, радостная, чувствуя небывалый прилив сил. Она забыла, кто она, где родилась, кем работала, – все это сейчас не существовало, точнее, осталось в далеком прошлом. Впереди уже дрожала новая страница книги жизни, готовая со дня на день перевернуться от легкого дуновения ветра судьбы.
Она побывала везде, где советовал побывать путеводитель. Как будто он вел с ней неспешный разговор, совсем как человек, показывающий зарубежному другу свой город. Инна подхватывала диалог с книгой, и, после каждого нового величественного фасада или захватывающей панорамы, отдыхая за чашкой кофе, она писала свои впечатления на гладких страницах, иногда сбоку, иногда между строк или на форзаце. Безликая тиражная книга становилась дневником ее путешествия.
Так, возле фотографии замка Фронтенак появилась надпись синей ручкой: «Ни за что бы не подумала, что это постройка XX века! Такая мощь, такое великолепие. Наверное, Нойшванштайн производит похожее впечатление. Сказка, воплощенная в камне, не хватает только бала. Хотя, наверное, они там случаются…»
Инна была без ума от города. Ее сердце, всегда бывшее не столько в груди, сколько где-то рядом, и клещами тянувшее ее всю жизнь куда-то в дальние страны, здесь билось почти спокойно, только в каком-то медленном, тягучем восторге. Стоя на пешеходной дорожке ажурного Квебекского моста и глядя на огни Леви в одной стороне и Квебека – в другой, Инна мечтала о другой жизни, которая здесь была почти возможна.
Неделя промчалась. В день отъезда Инна чувствовала себя почти больной.
– Я не могу уехать отсюда, не могу… – шептала она растерянно, бродя по родным уже улочкам.
Словно вторя ей, с неба мелко сеял дождь.
Она верила в чудо. Сегодня – как никогда в жизни. Казалось, что сейчас, за этим углом, нет, за следующим – что-то произойдет. Что-то перевернет все раз и навсегда. Ведь это Канада!
Она опаздывала в аэропорт. Замешкалась сначала в гостинице, потом в такси. Вещи не влезали в чемодан, молния заедала, не желала застегиваться.
Выскакивая под ливень у аэропорта, Инна поняла, что уложила зонт на самое дно чемодана, и вместо него воспользовалась путеводителем. Спутник ее странствий, он и сейчас сослужил ей добрую службу, пытаясь прикрыть от дождя.
Уже объявляли ее рейс, номер 758, Квебек – Москва. Пытаясь вытащить билет и паспорт, она скинула сумки на свободную скамейку, долго обшаривала боковые карманы. Вот, наконец-то. Кое-как собрав вещи, Инна заторопилась к стойке регистрации, потом к таможне. Аэропорт, по обычаю будней, утягивал ее в свои недра, все дальше и дальше от забытого на скамейке промокшего путеводителя по Квебеку.
Марсель опаздывал в аэропорт. Вот черт, такой выдался шанс, побывать в России, а он опаздывает! Книжная ярмарка в Москве длилась всего несколько дней, и в последний момент его издательство подтвердило свое участие. Марсель как раз был в квебекском представительстве издания, когда Франсуаз сообщила, что зарезервировала ему билет. Милая, удивительная Франсуаз, что бы он без нее делал!
Вообще-то Марсель мечтал поехать в Россию с Сесиль, но девочка еще слишком мала, чтобы оценить такую страну по достоинству, так что, может, все и к лучшему.
Едва бросив взгляд на табло, Марсель понял, что все-таки опоздал. Рейс номер 758 уже поднимался в воздух, унося в Москву всех, кроме него.
– Я опоздал на рейс. Вы можете предложить мне другой билет? – поинтересовался он у администратора. Женщина пообещала сделать все возможное. Ожидая, Марсель опустился на скамейку неподалеку.
Рядом с ним лежала забытая кем-то книга. Ее обложка показалась знакомой, и Марсель взял книгу в руки. Ах да, это же их путеводитель! Марсель тут же вспомнил, сколько раз пришлось верстать страницы с седьмой по тринадцатую. Дизайнеры спорили с пеной у рта, один доказывал, что нужно поместить еще фото Ша-то-Фронтенак с разных ракурсов, а второй убеждал, что лучше уже имеющееся сделать больше размером… Обложка потертая и немного покоробилась. Наверное, это от дождя, хотя на первый взгляд кажется, что бумага погнулась от пролитых на нее слез.
Марсель огляделся. Рядом сидела только пожилая дама в малиновом берете.
– Мадам, это ваша книга?
Дама покачала головой. Больше никого поблизости не было. Похоже, владельцу она больше не понадобится…
Путеводитель пах духами с жасмином, и Марсель сообразил, что оставила его женщина, возможно, очень привлекательная: как-то не шло в голову, что так могла благоухать серая мышка. Запах был очень знакомым, родным, даже в груди защемило. Кажется, когда-то давно, может быть, в детстве, кто-то из близких пах так же. Наверное, мама – Марсель не был уверен. Он втянул носом аромат раз, другой – восхитительно!
Но еще восхитительнее были пометки, оставленные на страницах рукой незнакомки. Точные мысли, сильные впечатления – вот что это было. История целого путешествия раскрывалась сейчас перед его любопытным взглядом.
Он не сразу понял, что пометки сделаны по-русски. В последнее время этот язык стал ему чуть ли не вторым родным, ну, может, третьим после утилитарного, но такого необходимого английского. Так, значит, хозяйка улетела в Москву, быть может, тем самым рейсом? Марсель вдруг горько пожалел о своем опоздании. Он мог бы познакомиться с нею, поболтать. Наверняка им нашлось бы о чем поговорить:
«О, вы читаете путеводитель. Издательство, которым я владею… – Нет, не так. – Издательство, в котором я работаю, как раз и создало эту книгу. Как вам Квебек?»
Глупые фантазии. Девушка улетела, оставив ставшую бесполезной книжонку. Хотя нет, забыла и теперь, наверное, горюет. Тут остались ее пометки, замечания, мысли – она хотела сохранить книгу и долгими
Перейти
на страницу