Следопыт — страница 37
Тема
Гаспаромъ. Развѣ не онъ только-что спасъ ваши скальпы и помогъ вашей побѣдѣ? Нѣтъ, господинъ квартирмейстеръ, если вы не хотите сдѣлать лучшаго употребленія вашей власти, то я также всѣми силами буду сопротивляться ей.
— Слѣдопытъ, это похоже на неповиновеніе, отвѣчалъ Мунксъ:- но отъ васъ мы переносимъ многое. Вы, кажется, совершенно забыли прошедшее. Развѣ самъ маіоръ Дунгамъ не указалъ на молодаго человѣка, какъ на подозрительнаго? Развѣ мы не имѣемъ несомнѣнныя доказательства, что намъ измѣнили, и не должны развѣ считать Гаспара предателемъ? Оставьте, Слѣдопытъ, и пусть правосудіе идетъ своимъ путемъ.
Капитанъ Сангліе пожалъ плечами, и поперемѣнно смотрѣлъ то на квартирмейстера, то на Гаспара.
— Что мнѣ за дѣло до вашего правосудія! стремительно возразилъ Слѣдопытъ. — Гаспаръ другъ мой, онъ мужественный, честный и вѣрный малый, и ни одинъ солдатъ не тронетъ его, пока я могу воспрепятствовать этому.
— Хорошо! съ большомъ удареніемъ сказалъ французъ.
— Слѣдопытъ, вы послушаетесь же благоразумія? снова началъ квартирмейстеръ. — посмотрите на этотъ кусокъ флага; Марія Дунгамъ нашла его на одномъ сучкѣ здѣсь на островѣ, за часъ до нападенія непріятеля. Кусокъ этотъ имѣетъ ровно длину вымпела «Тучи» и вѣроятно отрѣзанъ отъ него. Я думаю, трудно представить болѣе очевидное доказательство виновности Гаспара.
— Право, это уже слишкомъ, проворчалъ французъ сквозь зубы.
— Квартирмейстеръ! сказалъ Слѣдопытъ, — что вы мнѣ болтаете о вымпелахъ и сигналахъ, когда я знаю сердце. Гаспаръ честенъ, и я не оставлю его въ нуждѣ. Руки долой! или мы увидимъ, кто лучше держатся въ бою: вы съ вашими солдатами, или Чингахгокъ, звѣробой и Гаспаръ съ своими моряками. Не превышайте слишкомъ свою власть, когда такъ мало цѣните вѣрность Гаспара.
— Очень хорошо! проворчалъ капитанъ Сангліе.
— Ну, Слѣдопытъ, сказалъ Мунксъ: я вижу, что долженъ высказать всю правду. Вотъ капитанъ и храбрый Тускарора сообщили мнѣ, что этотъ молодой человѣкъ дѣйствительно предатель. Что вы на это скажете?
— Ахъ, мошенникъ! проворчалъ Французъ.
— Капитавъ Сангліе храбрый солдатъ и потому не могъ сказать что-нибудь противъ моей вѣрности, сказалъ Гаспаръ. — Есть между нами измѣнникъ, капитанъ?
— Да, да, прибавилъ Мунксъ, капитанъ долженъ высказаться. Какъ дѣло, пріятель, видите ли между нами измѣнника или нѣтъ?
— Да, да, и очень большаго измѣнника.
— Слишкомъ много лжешь! громовымъ голосомъ воскликнулъ Стрѣла, сильнымъ движеніемъ тронувъ грудь квартирмейстера. — Гдѣ мои воины? Гдѣ скальпы? Слишкомъ много лжешь!
У квартирмейстера не было недостатка ни въ личномъ мужествѣ, ни въ нѣкоторомъ чувствѣ благородства. Ошибочно принялъ онъ случайное указаніе Тускароры за ударъ, и, отступивъ на шагъ, протянулъ руку за оружіемъ. Лицо его поблѣднѣло отъ злости и черты его слишкомъ ясно выражали его кровавыя намѣренія. Но Стрѣла предупредилъ его. Бросивъ вокругъ себя дикій взглядъ, онъ схватился за поясъ, вынулъ изъ-за него спрятанный ножъ и въ одну секунду погрузилъ его до рукоятки въ грудь квартирмейстера.
— Вотъ и всей шуткѣ конецъ! сказалъ капитанъ, когда Мунксъ упалъ къ ногамъ его и смотрѣлъ ему въ лицо нѣмымъ взоромъ внезапной смерти. — Шуткѣ конецъ, — но только однимъ негодяемъ на свѣтѣ меньше.
Это произошло такъ быстро, что нельзя было воспрепятствовать тому, о когда Стрѣла съ громкимъ крикомъ исчезъ въ ближайшемъ кустарникѣ, то никто не послѣдовалъ за нимъ кромѣ Чингахгока, стремительно бросившагося по его слѣдамъ.
— Говорите же, господинъ капитанъ, снова обратился Гаспаръ къ французу, развѣ я измѣнникъ?
— Не вы, а этотъ! отвѣчалъ Сангліе, показывая на трупъ Мункса:- этотъ нашъ шпіонъ, нашъ агентъ, нашъ другъ. Честное слово, онъ былъ большимъ негодяемъ.
При этихъ словахъ капитанъ нагнулся надъ мертвецомъ, пошарилъ къ карманѣ его и, вытащивъ туго набитый кошелекъ, высыпалъ на землю то, что въ немъ было. Онъ заключалъ въ себѣ множество французскихъ золотыхъ монетъ. — Солдаты не замедлили собрать ихъ, а капитанъ, презрительно бросивъ кошелекъ, съ большомъ душевнымъ спокойствіемъ вернулся къ своему завтраку.
Глава седьмая
Когда трупъ Мункса отнесенъ былъ солдатами въ сторону и прикрытъ шинелью, Чингахгокъ спокойно занялъ свое мѣсто у огня, и какъ Сангліе, такъ и Слѣдопытъ, тотчасъ замѣтили, что на поясѣ его висѣлъ свѣжій еще кровавый скальпъ. Никто не спросилъ, откуда онъ, ибо всякій зналъ, что онъ принадлежитъ несчастному Тускарорѣ. — Слѣдопытъ поклонился своему индѣйскому другу тихимъ наклоненіемъ головы и потомъ обернулся къ капитану, чтобъ услышать отъ него подробности предательства Мункса. Французъ разсказалъ ему слѣдующее.
Квартирмейстеръ добровольно предложилъ непріятелю свои услуги, хвастаясь при этомъ предложеніи дружбой къ нему маіора Лунди, которая, быть можетъ, доставитъ ему неоднократные случаи сообщить необыкновенно вѣрныя и важныя извѣстія. — Условія эти были приняты; капитанъ нѣсколько разъ встрѣчался съ нимъ около форта, и даже одну ночь провелъ скрытно въ самомъ гарнизонѣ. Стрѣла служилъ передатчикомъ. Анонимное письмо къ маіору, возбуждавшее сомнѣніе въ вѣрности Гаспара, составлено было Мунксомъ, принесено во французскій фортъ Фронтенакъ, тамъ переписано и доставлено по назначенію Тускаророю, который именно возвращался съ этого порученія, когда захваченъ былъ «Тучею». Гаспаръ долженъ былъ быть принесенъ въ жертву, чтобъ скрыть измѣну Мункса и устранить всякое подозрѣніе, что черезъ послѣдняго дошли къ врагамъ извѣстія о положеніи острова. Значительная награда, найденная въ его кошелькѣ, склонила его къ тому, чтобъ сопровождать экспедицію сержанта Дунгама и имѣть возможность дать сигналъ къ аттакѣ.
— Вотъ и все, господинъ Слѣдопытъ, заключилъ капитанъ свой разсказъ. — Мы принимаемъ шпіона какъ лекарство, но презираемъ его. Вотъ возьмите мою руку, вы благородный человѣкъ.
— Да, я беру вашу руку, капитанъ; вы злѣйшій, природный врагъ нашъ, но мужественный. Квартирмейстеръ же предатель, и тѣло его не должно осквернять англійской почвы. Онъ долженъ лежать здѣсь, на томъ мѣстѣ, гдѣ исполнилъ свою измѣну, и пусть предательство его будетъ его надгробнымъ камнемъ.
— Вы очень сердитесь на бѣднаго квартирмейстера, сказалъ Капъ, только-что подошедшій отъ ложа своего зятя. Онъ уже мертвъ, а со смертію должна прекратиться всякая злоба. Я держу пари, что и вы не совсѣмъ безъ упрека.
— Многіе изъ лазутчиковъ и проводниковъ, возразилъ Слѣдопытъ, — совершенные негодяи и даже есть такіе, которые берутъ въ одно время плату отъ французовъ и англичанъ, какъ квартирмейстеръ; но я, слава Богу, не изъ числа такихъ, хотя каждое занятіе имѣетъ свои соблазны. Три раза въ жизни подвергался я испытаніямъ и однажды едва не поддался. — Первый разъ это было, когда я нашелъ въ лѣсахъ пачку мѣховъ, принадлежавшихъ, какъ мнѣ положительно было извѣстно, французу, охотившемуся на англійской почвѣ, гдѣ ему собственно нечего было дѣлать. Я насчиталъ въ пачкѣ двадцать шесть бобровыхъ шкуръ, всѣ онѣ были такъ прекрасны, что сердце радовалось. Ну, это было
Перейти
на страницу