Обитель Теней — страница 71

Тема

воззвать к голосу разума:

– Кирилл, успокойся. Их же не было на месте прорыва. Значит, им удалось спрятаться.

– Вот ты самый умный, да?

– Хоть кто-то должен быть.

– У нас прорыв! Правда, на другом конце города, – доносится голос Саши, и Кирилл, затушив сигарету в пепельнице, кидается к машине.

Николай едва успевает вскочить следом на переднее сиденье, опустив напоминание, что Кирилла лихорадит и трясёт от холода. Слишком много огня он выпустил. Николай ничего не говорит и про превышение скорости – улицы пусты, а за дорогой Кирилл следит. Правда, сейчас, когда он особо не различает цвета, всё становится опаснее.

Прорыв открылся действительно на окраине, рядом с метро, где толпится народ. Рядом – яркий торговый центр, жизнь идёт своим чередом, а точка, отмеченная Сашей на карте, рядом с кафе.

Эту толпу с Кристиной сразу легко вычислить – пришибленные, уставшие, сейчас они отогреваются чаем и перекидываются негромкими фразами.

Первыми их замечает Кристина, вскакивает, едва не опрокинув картонный стаканчик, бросается к Кириллу. Порывисто обнимает, уткнувшись в грудь, а он прижимает её к себе.

– Прости…

– За что?

– Я… я хотела им помочь, чтобы узнать больше…

– Ты в порядке? Ранена?

– Нет. То есть да… всё хорошо. Ты весь… да тебя трясёт!

– Ерунда.

Но поверх её головы Кирилл видит ещё одну женщину. Короткая стрижка, мешковатые джинсы, грязный бомбер, под которым чёрная толстовка.

Она закладывает руки в карманы джинсов, смотрит прямо на них, чуть вскинув подбородок.

Николай какое-то время смотрит на неё, застыв столбом. Он совершенно растерян и, шагнув к ней навстречу, останавливается. Проводит рукой по волосам, видимо, пытаясь справиться с собой. Кирилл с трудом слышит его хрип:

– Кира?

Она утирает нос рукавом бомбера и пожимает плечами. Каково это – встретиться спустя столько лет, когда уже давно похоронил всякую надежду? Когда последний месяц видел призрак прошлого, а теперь перед тобой его живое воплощение?

– Привет, что ли, – робко произносит Кира. – Я скучала, Ники.

Николай, помедлив, со всей силы прижимает к себе сестру. Стискивает так, что она даже ойкает и неловко хлопает его ладонями по спине. Николай утыкается ей в шею.

– Ты меня задушишь…

– Прости.

Но Николай отпускает не сразу, а когда разжимает объятия, остаётся рядом.

– Мне кажется, – замечает Кирилл, – нам всем пора убраться отсюда подальше. И поесть. Мы все сегодня заслужили отличный ужин.

Глава 18

Кира смотрит на собственную могилу и короткую надпись «Пропала без вести». Николай стоит рядом, наблюдая за сестрой. Она подходит к соседней могиле – с именем матери. Шумно вдыхает холодный зимний воздух и кладёт руки в карманы джинсов.

У магов свои кладбища. Здесь хотя бы просто тихо, но Николай знает и про другие: безымянные, в вечном сыром тумане, без последнего прощания. Кости и останки, над которыми тени тоскливо поют собственные погребальные песни. Кладбища стражей, навсегда оставшихся в другом мире.

Но это просто небольшое огороженное кладбище с низкими рядами аккуратных надгробий. Многие маги верят, что станут ветром и дождем, корнями и пламенем. И до сих пор предпочитают очищающий огонь сырой земле, на память оставляя только долговечный камень с именем.

Возможно, лучшая участь, которая их ждет после смерти, – стать призраком и воспоминанием из теней и тумана.

– Всего год спустя после моего исчезновения, – шепчет Кира, присаживаясь на корточки у могилы мамы. – Как?

– Слабое сердце. Она держалась, сколько смогла.

– А отец?

– Приехал на похороны и дождался, пока мне исполнится восемнадцать. Понятия не имею, где он сейчас, мы с тех пор ни разу не виделись.

Кира поднимается и встаёт рядом. Николай изучает её, пытаясь привыкнуть к тому, как она изменилась за эти годы. Ловит её взгляд: прямой, тёмный, как сами тени. От неё пахнет кострами и травами. Николай не знает, как подобрать правильные слова, но точно знает, что хочет быть рядом с ней.

Больше никакого одиночества – ни для кого из них.

– Помню, в детстве я страшно ругалась, когда ты заходил в мою комнату без спроса.

– Да, а ты всегда что-нибудь сдвигала на моём столе и таскала сигареты.

– Тебе удавалось не попадаться маме!

– Я был аккуратен, – Николай улыбается уголками губ. – Я уберу камень с твоим именем.

– Не надо. Той Киры всё равно уже нет. Идём, ты обещал показать Службу.

Николай, конечно, идёт вместе с Кириллом. Когда уже разобрали завалы в клубе и убрали следы теней, когда распределили новых стражей-милинов, которые точно ещё доставят хлопот, когда Шорохов наконец подписал приказ об отставке, они вдвоём входят в мир теней.

Саша открывает печать, улыбаясь, обещает, что их будет ждать ужин у Сюзанны, и просит не исчезать надолго. Николай сдержанно кивает, пока Кирилл докуривает сигарету. Как он сказал, его последнюю, пора бросать.

Они проходят к тем самым валунам, не так уж глубоко, и вместо пекла и огненной бури здесь ровное серое плато и камни. Николай осматривается и один за другим возводит щиты теней, чтобы их не потревожили. Алхимики Службы смогли сделать вытяжку из его крови и перелить ему. Земля окончательно вернулась, и знакомые заклинания послушно мерцают сероватыми всполохами.

– Ты уверен, что она нас не уничтожит? – уточняет Николай, вынимая кинжал из ножен, готовый в любой момент защищать их обоих.

– Да ни в чем я не уверен, но если так продолжится, я сдохну. Лучше в бою.

– Хватит смертей для этой осени, она и так собрала богатый урожай.

Кирилл обнажает кинжал. Снимает перчатки и закатывает рукава, чтобы ничто не мешало. Только сейчас Николай видит, как же исчерчена его ладонь, сколько боли в каждой белёсой полоске.

Под лезвием выступают алые капли – нет, здесь почти чёрные.

Разрез, ещё один, третий… Кирилл морщится и чертыхается, но уверенно снимает каждую линию заклинания, которое сдерживает тень. Пусть он уже делал это в том туннеле, но сам до конца не понял, освободил ли тогда тень или нет.

Николай видит, как проявляется тень: сначала дымчатыми крыльями, потом чернильными щупальцами, которые стекают с плеч, рук, обвивают ноги, чтобы наконец воплотиться в силуэт рядом с Кириллом. Он протягивает окровавленную ладонь, показывая, что печати больше нет. На пальцах вспыхивают искры.

– Ты свободен, дух.

Николай сжимает кинжал, чувствуя мощь этой тени, в которой скрыты силы природы. Выдержат ли щиты? Выдержат ли они с Кириллом?

–  Спасибо, что отпустил. Впрочем, ты же сам не хотел бы снова умереть? Но знай, если будет нужна моя помощь, используй свою кровь. Я теперь слишком хорошо знаю её запах. Прощайте, стражи .

Тень

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *