О гаданиях и мести

56 страниц
Обложка книги «О гаданиях и мести» Василий Андреевич Жуковский

Описание

ИЗБРАННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ ВАСИЛИЯ ЖУКОВСКОГО ПОД ОДНОЙ ОБЛОЖКОЙ!РУССКАЯ КЛАССИКА В КРАСИВОМ ОФОРМЛЕНИИ!Всё необъятное в единый вздох теснится,И лишь молчание понятно говорит.В серии «Арт классика» выходят книги из школьной программы с красивым оформлением переплёта от известных художников, а также с двумя внутренними иллюстрациями.Если ты робок, никогда не гадай, всматриваясь в зеркало при мерцании свечи. Если ты любишь всем сердцем, не отдавай свою любовь мертвецу в душе. Если ты хочешь спасти человека, подходи к этому искренне.Высокие чувства, полет души и бесконечное вдохновение пронизывают все произведения Василия Жуковского. Всем нам когда-нибудь нужен друг, пусть его голос и ведет нас сквозь героические баллады и нежные стихотворения.Обложка и иллюстрации от известного молодежного художника Weisska.В издание включены избранные стихотворения и баллады.
0 (0) отзывов
5
4
3
2
1

Тема

Василий Андреевич Жуковский О гаданиях и мести

© Оформление. ООО «Издательство «***», 2025

Стихотворения

Мир

    Проснись, пифийского поэта древня лира,

Вещательница дел геройских, брани, мира!

Проснись – и новый звук от струн своих издай

И сладкою своей игрою нас пленяй —

    Исполни дух святым восторгом!

    Как лира дивная небесного Орфея,

Гремишь ли битвы ты – наперсники Арея

Берутся за мечи и взорами грозят;

Их бурные кони ярятся и кипят,

    Крутя свои волнисты гривы.

    Поешь ли тишину – гром Зевса потухает;

Орел, у ног его сидящий, засыпает,

Вздымая медленно пернатый свой хребет;

Ужасный Марс свой меч убийственный кладет

    И кротость в сердце ощущает.

    Проснись! и мир воспой блаженный, благодатный;

Пусть он слетит с небес, как некий бог крылатый,

Вечнозеленою оливою махнет,

И грозну брань с лица вселенной изженет

    И примирит земные роды!

      Где он – там вечное веселье обитает,

  Там человечество свободно процветает,

Питаясь щедростью природы и богов;

Там звук не слышится невольничьих оков

      И слезы горести не льются.

      Там нивы жатвою покрыты золотою;

Там в селах царствует довольство с тишиною;

Спокойно грады там в поля бросают тень;

Там счастье навсегда свою воздвигло сень:

      Оно лишь с миром сопряженно.

      Там мирно старец дней закатом веселится,

Могилы на краю – неволи не страшится;

Ступя ногою в гроб – он смотрит со слезой,

Унылой, горестной, на путь скончанный свой

      И жить еще – еще желает!

      Там воин, лишь в полях сражаться приученный,

Смягчается – и меч, к убийству изощренный,

В отеческом дому под миртами кладет;

Блаженство тишины и дружбы познает,

      Союз с природой обновляет.

      Там Музы чистые, увенчанны оливой,

Веселым пением возносят дни счастливы;

Их лиры стройные согласнее звучат;

Они спокойствие, не страшну брань гласят,

      Святую добродетель славят!

      Слети, блаженный мир! – вселенная взывает —

Туда, где бранные знамена развевают;

Где мертв природы глас и где ее сыны

На персях матери сражаются, как львы;

      Где братья братьев поражают.

      О страх!.. Как яростно друг на друга стремятся

Кони в пыли, в поту свирепствуют, ярятся

И топчут всадников, поверженных во прах;

Оружия гремят, кровь льется на мечах,

      И стоны к небесам восходят.

      Тот сердца не имел, от камня тот родился,

Кто первый с бешенством на брата устремился…

Скажите, кто перун безумцу в руки дал

И жизни моея владыкою назвал,

      Над коей я и сам не властен?

      А слава?.. Нет! Ее злодей лишь в брани ищет;

Лишь он в стенаниях победны гимны слышит.

В кровавых грудах тел трофеи чести зрит;

Потомство извергу проклятие гласит,

      И лавр его, поблекши, тлеет.

      А твой всегда цветет, о Росс великосердый,

В пример земным родам судьбой превознесенный!

Но время удержать орлиный твой полет;

Колосс незыблем твой, он вечно не падет;

      Чего ж еще желать осталось?

      Ты славы путь протек Алкидовой стопою,

Полсвета покорил могучею рукою;

Тебе возможно все, ни в чем препоны нет:

Но стой, Росс! опочий – се новый век грядет!

      Он мирт, не лавр тебе приносит.

      Возьми сей мирт, возьми и снова будь героем, —

Героем в тишине, не в кроволитном бое.

Будь мира гражданин, венец лавровый свой

Омой сердечною, чувствительной слезой,

      Тобою падшим посвященной!..

      Брось палицу свою и щит необоримый,

Преобрази во плуг свой меч несокрушимый;

Пусть роет он поля отчизны твоея;

Прямая слава в ней, лишь в ней ищи ея;

      Лишь в ней ее обресть ты можешь.

      На персях тишины, в спокойствии блаженном,

Цвети, с народами земными примиренной!

Цвети, великий Росс! – лишь злобу поражай,

Лишь страсти буйные, строптивы побеждай

      И будь во брани только с ними.

Элегия

Вечерний колокол печально раздается,

Бледнеющего дня последний час биет,

Шумящие стада долины оставляют;

Усталый земледел задумчиво идет

В шалаш спокойный свой. – В объятиях природы,

Под кровом тишины здесь буду я мечтать.

В туманном сумраке таятся горы, воды;

Все тихо – лишь в траве кузнечики стучат,

Лишь слышится вдали пастуший рог унылой;

На древней башне сей, плющом и мхом покрытой,

Пустынныя совы я дикий слышу вой, —

Она стон жалобный к луне возносит свой

На странников ночных, которы возмущают

Ее безмолвного жилища мертвый сон,

И тайную ее обитель посещают!..

Здесь, где молчание воздвигло черный трон,

Где ивы дряхлые, рукою лет согбенны,

Из ветвей лиственных сплетают кров священный,

Где вязы древние, развесисты шумят,

Бросая мрачну тень на мирные могилы;

Здесь праотцы села, в безмолвии унылом,

Почивши навсегда глубоким сном, лежат.

Дыханье свежее рождающего дня,

Ни крики ласточки, в гнезде своем сидящей,

Ни голос петуха, ни стон рогов дрожащий,

Ничто не воззовет от тяжкого их сна!

Пылающий огонь, в горнилах извиваясь,

Их в зимни вечера не будет согревать,

Не будут более сынов своих лобзать,

От тягостных трудов в шалаш свой возвращаясь…

Как часто их рука сверкающей косой

Ссекала тонкий клас на ниве золотой!

Как часто острый плуг, их мышцей напряженный,

Взрывал с усилием упорные поля,

Как часто крепкие, корнистые древа

Валилися, под их секирой сокрушенны!

Пускай сын роскоши, богатством возгордясь,

Над скромной нищетой кичливо возносясь,

Труды полезные и сан их презирает,

С улыбкой хладныя надменности внимает

Таящимся во тьме, незвучным их делам:

Часа ужасного нельзя избегнуть нам!

На всех ярится смерть – любимца громкой славы!

Вельможу-Кесаря, дающего уставы,

Всех ищет грозная и некогда найдет!

Путь славы и честей ко гробу нас ведет…

Слепого счастия наперсники надменны,

Не смейте спящих здесь безумно укорять

За то, что кости их в забвении лежат,

Что в сей обители, их теням посвященной,

Где в тихом пении, святом, благоговейном

Несется к небесам молений глас святых —

Нет гордых мраморов над скромной перстью их!

Зачем над мертвыми, истлевшими костями

Гробницы возносить, надгробия писать?

Души в холодный прах нам вечно не призвать!

И гимны почестей, гремящи над гробами,

Немого тления не властны оживить!

Неумолиму смерть хвала не обольстит!

Ах, может быть, под сей могилою таится

Прах сердца нежного, умевшего любить,

И кровожадный червь в сухой главе гнездится

Рожденной быть с венцом и мыслями парить

Иль восхищаться лир гармонией чудесной!

Науки светлые, питомицы веков,

Не озарили их светильником небесным!

Согбенны тягостью невольничьих оков,

В заветной нищете они свой век влачили,

И дар сердец своих безумно истощили…

Как часто редкий перл таится в мраке волн!

Как часто лилия в пустыне расцветает

Не зримая никем, безвестно увядает!

Там, может быть, лежит неведомый Мильтон,

И в узах гробовых

Перейти
на страницу

Вам может понравится

Похожие жанры

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *