Не все коту масленица — страница 14
Тема
кулаком станете утирать. Не вводите меня в гнев!
Круглова . Сердись ты или не сердись, – твоя воля.
Ахов . Что с тобой? Тут чуда нет ли какого? Не упал ли тебе миллион с неба? Нет ли у тебя жениха богаче меня? Только ведь одно.
Круглова . Нет, не одно. Женихов у нас нет. Есть один парень на примете; только подняться ему, бедному, нечем. Кабы было у него дело верное, так отдала бы, не задумалась.
Ипполит (отдает Кругловой деньги) . А вот позвольте вам предоставить для сохранности. Я нынче за всю службу гуртом получил-с. Теперь своим делом могу основаться-с.
Круглова . Ну, и чего ж еще лучше! Да тут много что-то.
Ипполит . Копейка в копейку пятнадцать тысяч.
Агния . Теперь можно и помириться с вами.
Ахов . Так вот на какие деньги вы пировать-то сбираетесь! Вот на какие деньги польстились! Эти деньги чуть не краденые. Он у меня их сегодня выплакал да выкланял.
Ипполит . Не выкланял, а вытребовал, что должное за службу свою.
Ахов . Да тебе бы и в живых-то не быть. От напрасной смерти я тебя спас. Вижу, человек резаться хочет…
Ипполит . Помилуйте, дяденька, что вы! Как можно резаться?
Ахов . Так бы и зарезался. Ты как чумовой стал, перепугал меня до смерти.
Ипполит . Что вы, дяденька! Какой мне расчет резаться в моих таких цветущих летах?
Ахов . А зачем у тебя ножик был? Зачем ты его к горлу приставлял?
Ипполит . Игра ума.
Ахов . Разбойник! (Хочет взять его за ворот.)
Ипполит (отстраняя его) . Позвольте-с! Чем я разбойник? Я чужого ни копейки. А нешто я виноват, что от вас добром не выпросишь!
Ахов . Не будет тебе счастья, не будет.
Ипполит . Что ж делать! Как-нибудь и без счастья одним уменьем проживем, дяденька.
Ахов . Не проживешь! Не проживешь! У тебя нету ни отца, ни матери, я тебе старший; я тебя прокляну; на внуках и правнуках отзовется.
Круглова . Полно! Что ты бога-то гневишь!
Ахов (Агнии) . Брось ты его! Что в нем хорошего? Мать у тебя глупа, растолковать тебе не может. Я лучше его; я добрый, ласковый. Денег-то у меня что тебе на наряды. Дом-то у меня какой! Большой, каменный, крепкий.
Агния . И крепка тюрьма, да кто ей рад!
Ахов . Ты тоже, видно, в мать уродилась! Ума-то у тебя столько же, что и у ней. (Кругловой сквозь слезы.) Федосевна, пожалей ты меня! Ведь я сирота, в этаком-то доме один я путаюсь, даже страх находит.
Круглова . Что тебя жалеть! Ты с деньгами себе всегда компанию найдешь, коли захочешь.
Ахов . Найдешь компанию! Спасибо, что надоумила! Знаю, что найду. Не ей чета, и красивее ее найду. Ты думаешь, я в самом деле, что ль, влюблен? Тьфу. Одно мне больно, одно обидно: непокорность ваша. Ведь я почетный, первостатейный, ведь мне все в пояс кланяются; а в этакой лачуге мне почету нет! Мне!! От вас!! Непокорность!! Курам насмех! Видано ль, слыхано ль? Хорошо ты сделала? Хорошо? Очувствуйся! Встряхни головой-то! Ведь это ты от глупости, а не от ума. Вы все одно, что в лесу живете, свету не видите. В такую лачугу, коли зашел наш брат, именитый человек, – так он там как дома; а то ему и ходить незачем; а хозяин-то, как слуга: «что угодно; да как прикажете?» Вот как от начала мира заведено, вот как водится у всех на свете добрых людей! Это все одно, что закон. А вы, дураки непросвещенные, одичали, тут живши-то. (Кругловой.) И сердиться-то на тебя нельзя и взыскать-то с тебя нечего; потому ты никаких настоящих порядков не знаешь. Как ты живешь! День да ночь, и сутки прочь. У тебя все одно: что богатый, что бедный, что мануфактур, что шатун! Невежество! У тебя для всех один резон, один разговор! А ты возьми, что значит образование-то: вчера ко мне благородная просить на бедность приходила; так она языком-то, как на гуслях играла. Превосходительством меня называла, в слезы ввела. А ты что? Дуб. С тебя взыску нет. Сам виноват. Кабы ты знала, что такое уважение, что такое честь…
Круглова . Как чести не знать.
Ахов . Оно и видно, что ты ее знаешь! Была у вас честь да отошла. Делал я вам честь, бывал у вас; так у вас и в комнатах-то было светлей, оттого только, что я тут. Была бы вам честь, кабы дочь твоя купчихой Аховой называлась. Вот это честь! Я брошу вас, и опять в потемках жить будете. А то честь! Да вам всю жизнь не узнать, в чем она и ходит-то.
Круглова . Ну, довольно ты пел. Теперь меня послушай. Хочешь ты у нас гостем быть, так садись; а то так нам не мешай. Не порти ты нашу бедную, чистую радость своим богатым умом!
Ахов . Да ты, никак, забылась! Гостем! Что ты мне за компания! Я таких-то, как ты, к себе дальше ворот и пускать не велю. А то еще гостем! Не умели с хорошими людьми жить, так на себя пеняй! Близко локоть-то, да не укусишь! (Уходит в переднюю и сейчас возвращается.) Да нет, постой! Ты меня с толку сбила. Как мне теперь людям глаза показать? Что обо мне добрые люди скажут?..
Круглова . Не плакать же нам об этом, батюшка Ермил Зотыч.
Ахов . Нет; ты виновата, ты и поправляй.
Круглова . Палец об палец для тебя не ударю, батюшка Ермил Зотыч. Вот как ты мне сладок.
Ахов . Да не даром – за деньги, за большие деньги. Угоришь.
Круглова . Что ж такое за дело у тебя? Что за ворожба будет?
Ахов . С ними я говорить не хочу. Я их презрил. Ниже каблука своего считаю, вот где. А с тобой разговор заведем. Ведь, чай, тебе нужно и приданое? Не так отдашь, в чем она есть? Нужно приданое?
Круглова . Как не нужно, конечно, нужно.
Ахов . Так вот слушай! Чтобы этот разговор нарушить, что мне вы, ничтожные люди, нос утерли, мы будем ладить такую статью, что я Ипполитку женю.
Круглова . Что ж, это пожалуй.
Ахов . Обед у меня после свадьбы, какой не слыхано. И Фомина и всех цветами ограблю, по всем комнатам постановка будет. Две музыки, одна в комнатах, другая на
Перейти
на страницу