Лионель Линкольн, или Осада Бостона — страница 79
Тема
и тотчасъ же завладѣлъ имъ, а тѣло Абигаили столкнулъ въ подземный склепъ, заперъ отверстіе и ключъ забросилъ.
Мѣдная доска съ надписью много лѣтъ уже какъ оторвалась отъ стѣны, и въ настоящее время въ Бостонѣ осталось очень не много лицъ, которыя могли бы указать мѣсто, гдѣ находилась семейная могила Линкольновъ и Лечмеровъ.
Сэръ Ліонель и Польвартъ вмѣстѣ отправились на набережную, сѣли тамъ въ шлюпку и поѣхали на фрегатъ, который долженъ былъ отвезти ихъ въ Анмію. Фрегатъ былъ какъ разъ тотъ самый, на которомъ служилъ молодой мичманъ, возившій Сесиль въ американскій лагерь. На палубѣ они встрѣтились съ Агнесой Дэнфортъ, которая пріѣхала на фрегатъ незадолго до нихъ вмѣстѣ со своей кузиной. У Агнесы были заплаканные глаза, но щеки горѣли румянцемъ отъ удовольствія, что изъ Бостона убираются, наконецъ, гордые островитяне, которыхъ она всегда очень недолюбливала.
— Я только васъ дожидаюсь, кузенъ Линкольнъ, чтобы съ вами проститься, — сказала она, дружески его обнимая. — Мнѣ уже пора съѣзжать на берегъ. Будьте счастливы, а я никогда не перестану желать вамъ всего, всего лучшаго.
— Такъ вы насъ покидаете? — сказалъ молодой человѣкъ, за всѣ эти дни въ первый разъ улыбнувшись. — Вы должны знать, что не меня одного эта жестокость…
Его перебилъ Польвартъ, выступая впередъ и беря миссъ Дэнфортъ за руку. Въ пятидесятый, по крайней мѣрѣ, разъ повторилъ передъ ней храбрый капитанъ свою просьбу, чтобы она соединила съ нимъ свою судьбу. Агнеса слушала его молча и съ серьезнымъ видомъ, но онъ еще не успѣлъ договорить всего, что хотѣлъ сказать, а по ея губамъ уже пробѣжала лукавая улыбка. Она дружески и ласково поблагодарила его, но отказала наотрѣзъ и окончательно. Капитанъ выдержалъ ударъ, какъ человѣкъ, получающій его далеко не въ первый разъ, и со всею вѣжливостью помогъ ей сойти въ лодку, на которой она пріѣхала. Въ лодкѣ ее встрѣтилъ молодой человѣкъ въ формѣ американскаго офицера. Сэру Ліонелю показалось, что румянецъ на щекахъ его кузины сдѣлался еще гуще, когда ея молодой спугникъ сталъ накидывать ей на плечи теплый плащъ, такъ какъ было холодно. Лодка, имѣя на себѣ парламентерскій флагъ, поплыла не въ городъ, а къ противоположному берегу, занятому американцами. На слѣдующей недѣлѣ состоялась свадьба Агнесы съ этимъ самымъ офицеромъ, и они вступили во владѣніе домомъ на Тремонтъ-Стритѣ и всѣмъ наслѣдствомъ послѣ мистриссъ Лечмеръ, отъ котораго Сесиль отказалась съ полнаго одобренія своего мужа.
Командиръ фрегата сигналомъ даль знать адмиралу о прибытіи на бортъ пассажировъ, которыхъ ждали, и получилъ въ отвѣтъ приказъ итти въ плаваніе по указанному назначенію. Черезъ нѣсколько минутъ легкое и стройное судно прошло мимо Дорчестерскихъ высотъ, выпустило по нимъ нѣсколько бортовыхъ залповъ и поставило всѣ свои паруса. Американцы не отвѣчали, не имѣя ни малѣйшаго желанія препятствовать выходу фрегата въ открытое море. Онъ помчался къ берегамъ Англіи, везя съ собою правительству и обществу важную вѣсть объ эвакуаціи Бостона[12].
Флотъ тоже вскорѣ снялся съ якоря и удалился, и съ тѣхъ поръ городъ, бывшій такъ долго въ угнетеніи, ни разу не видаль у себя въ гавани ни одного непріятельскаго корабля.
Во время плаванія Ліонель и его симпатичная подруга имѣли досугъ хорошо обдумать все, что съ ними случилось. Много говорили они другъ съ другомъ, между прочимъ, о такой странной, таинственной, необъяснимой и въ то же время такой тѣсной связи, которая установилась между помутившимся въ разсудкѣ отцомъ и никогда не имѣвшимъ разсудка сыномъ. Углубившись въ разсмотрѣніе всѣхъ причинъ, они достигли того, что описанныя нами событія предстали передъ ними во всей ясности и естественной простотѣ, безъ малѣйшей примѣси темнаго и сомнительнаго.
Больничный сторожъ покойнаго баронета, посланный за нимъ въ погоню въ Америку и бывшій невольною — навѣрное, такъ — причиной его смерти, не посмѣлъ возвратиться въ Англію, а остался въ Америкѣ, гдѣ и затерялся въ толпѣ.
Польвартъ умеръ очень недавно. Несмотря на свою деревянную ногу, онъ, при поддержкѣ Ліонеля, достигъ почти самыхъ высшихъ почестей и отличій и подъ конецъ жизни подписывался баронетомъ, генераломъ и членомъ парламента. Онъ былъ командиромъ одной приморской крѣпости, и эта крѣпость считалась, благодаря ему, одной изъ самыхъ надежнѣйшихъ во всемъ королевствѣ. Въ парламентѣ онъ засѣдалъ въ качествѣ представителя одного мѣстечка, владѣльцемъ котораго былъ сэръ Ліонель Линкольнъ. Тамъ онъ обращалъ на себя вниманіе усидчивостью и добросовѣстностью, съ которой онъ выслушивалъ всѣ депутатскія рѣчи, а также той поспѣшностью, съ которой онъ всегда подавалъ голосъ «за», когда дѣло шло объ ассигнованіи средствъ на съѣстные припасы для чего бы то ни было.
Черезъ годъ послѣ пріѣзда молодой четы Линкольновъ въ Лондонъ у Сесили умеръ ея дядя, лордъ Кардоннель, а передъ тѣмъ незадолго умеръ его единственный сынъ. Леди Линкольнъ сдѣлалась неожиданно обладательницей большого состоянія и наслѣдницей одного изъ древнѣйшихъ англійскихъ баронствъ. Вплоть до самой французской революціи сэръ Ліонель Линкольнъ и его жена прожили въ полномъ согласіи. Леди Линкольнъ своимъ кроткимъ вліяніемъ отлично умѣла успокаивать своего вспыльчиваго мужа. Среди безмятежнаго счастья его наклонность къ наслѣдственной меланхоліи исчезла почти совсѣмъ. Когда оказалось нужнымъ принять мѣры для охраны британской конституціи, которой стала грозить опасность, правительство въ числѣ нѣсколькихъ другихъ богатыхъ и талантливыхъ людей призвало сэра Ліонеля Линкольна въ верхнюю палату. Онъ сдѣланъ былъ графомъ и пэромъ, и такимъ образомъ въ восемнадцатомъ вѣкѣ къ нему въ родъ возвратился титулъ, которымъ въ средніе вѣка пользовалась угасшая старшая линія Линкольновъ.
Никого уже теперь нѣтъ въ живыхъ изъ главныхъ дѣйствующихъ лицъ нашего разсказа. Даже розы Сесили и Агнесы перестали цвѣсти и были сорваны въ мирѣ и невинности смертью. соединившей ихъ въ могильномъ мракѣ съ ихъ предшественниками и предшественницами. Разсказанные нами историческіе факты уже начинаютъ меркнуть въ отдаленіи времени, и очень возможно, что тотъ англіискій пэръ, который въ настоящее время пользуется всѣми наслѣдственными правами рода Линкольновъ, даже и понятія не имѣетъ о той части своей семейной хроники, когда члены этого рода жили въ глухой и отдаленной провинціи Великобританскаго королевства.
1832
Примечания
1
Въ первомъ изданіи «Ліонель Линкольнъ» былъ объявленъ первою изъ «Легендъ тринадцати республикъ». Впослѣдствіи авторъ не слѣдовалъ этому плану. Тѣмъ не менѣе, не взирая на то, что это предисловіе, также и то, которое мы помѣщаемъ вслѣдъ за нимъ, которое авторъ предпослалъ спеціально «Ліонелю Линкольну», и были оба авторомъ уничтожены въ новомъ изданіи, мы сочли нужнымъ привести ихъ здѣсь. Фениморъ Куперъ послѣ изданія «Ліонеля Линкольна» подружился съ Вальтеръ-Скоттомъ и не хотѣлъ воспроизводить этого предисловія, чтобъ оно не показалось критическимъ выпадомъ противъ обычныхъ предисловій къ романамъ
Перейти
на страницу