Кровавый шабаш — страница 4
Тема
Лифтера». В лифтах он девчонок подкарауливал…
– Помню, – односложно сказала Женя.
– Его, как ты знаешь, поймали. Дали высшую меру, потом заменили на пожизненное. Зря, по-моему. В нынешнем преступлении есть общие детали с тем, давним. Жертва тоже была задушена. Короче, нужно разобраться с ее личностью. Вот и разберись! Такое, значит, тебе задание. Погоди, я напишу требование на удостоверение. Как только получишь, возвращайся сюда, возьми дело и начинай читать. Потом сообщишь мне свои соображения. Ясно?
Женя довольно быстро получила временное удостоверение, представляющее собой плотный кусочек картона с фотографией и печатью. И на том спасибо. Потом она вернулась в кабинет майора, который вручил ей папку с делом и поместил в крошечную полутемную комнатку.
– Кабинет Алферова, – пояснил Буянов, – маленький, конечно, зато отдельный. При желании можешь пойти пообедать, буфет у нас внизу, в подвале. Кормят так себе.
Женя поблагодарила майора и уселась за стол неведомого ей Алферова. Она сидела, тупо уставившись на серый картон папки, на надпись «Дело №…». Потом подняла голову и огляделась. Собственно говоря, смотреть было не на что. Узкий как пенал кабинетик. Стол занимал почти половину его площади. Напротив стоял допотопный деревянный стул, отполированный до блеска задами и спинами бесчисленных посетителей.
Женя раскрыла папку. Здесь лежало несколько машинописных листков и снимков. Взялась за снимки. Ей не раз приходилось видеть подобные фотографии в учебниках по криминалистике, но до сих пор Женя не могла к ним привыкнуть. Обезображенный труп молодой женщины, снятый в различных ракурсах…
Легкий озноб пробежал по ее коже. Разыгралось воображение? Представила себя на месте жертвы? Скорее всего так.
Она вспомнила, как был возбужден весь город, когда пресловутый Лифтер, о деле которого напомнил майор, свирепствовал по вечерам в многоэтажках. Каких только слухов не ходило! Женская часть населения Тихореченска была охвачена паникой. Его довольно быстро изловили. Маньяк-убийца оказался на вид нормальным парнем из вполне благополучной семьи. Женя училась тогда в последнем классе. Отец был еще жив. Она несколько раз пыталась расспросить его о маньяке, но он отмалчивался. Раз, уставившись взглядом на ее открытые почти до бедер ноги, зло бросил: «Сами же провоцируете!» Женя обиделась. Наверное, зря. Она отложила фотоснимки, задумалась… Отец не одобрял выбора дочери. Считал, что специальность юриста не для нее. Когда она поступила в институт, он уже тяжело болел. Видно, хотел серьезно поговорить с ней, но не успел…
Из машинописных листочков явствовало, что звали убитую – Вержбицкая Светлана Станиславовна, двадцать четыре года, русская, образование высшее, к моменту смерти нигде не работала. Жила одна в двухкомнатной квартире на Зеленом шоссе. Найдена во дворе своего дома 26 мая в 10 часов утра дворником Ахмедовой… Способ убийства – удушение. Не была изнасилована, хотя обнаружена совершенно раздетой. Отрезаны соски у грудей. На теле имеются многочисленные порезы. По заключению судмедэксперта, порезы нанесены уже после смерти. В деле фигурировали фотоснимки порезов. Женя стала их разглядывать. На грудях вроде какие-то знаки, на животе вырезан крест.
Похоже, действительно работа безумца. Из ушей не вынуты золотые сережки, золотая цепочка сорвана с шеи и отброшена в сторону. Явно маньяк. Серийный убийца, вспомнила она термин. Если серийный, то не было ли за последнее время аналогичных убийств? Скорее всего не было. Иначе майор обязательно сказал бы ей о них. Но маньяк обычно не ограничивается одной жертвой. Тогда нужно ждать следующую… Но почему Буянов обмолвился, что нужно разобраться с ее личностью?
– Уже прочитала? – удивился Буянов, увидев на пороге Женю, держащую в руках картонную папку.
– Тут всего три листочка.
– Выводы сделала?
– Похоже на работу серийного убийцы.
– Серийного убийцы? – Майор поморщился. – Не люблю этого термина. Нам только их не доставало. Мало нам Лифтера. Однако в серийного убийцу я не очень верю. Вполне возможно, что кто-то пытается толкнуть нас на ложный путь. Мол, изрезал все тело – значит, маньяк. Что-то тут не так.
– Вы сказали, что личность убитой…
– Вот-вот. Не такая она простая девушка была, эта самая Светлана Вержбицкая.
– А конкретно?
Майор насмешливо посмотрел на Женю:
– Конкретно узнай сама. Отправляйся по месту ее жительства, собери информацию.
– Зеленое шоссе, – спросила Женя, – где это? Всю жизнь прожила в Тихореченске, а никогда о таком не слыхала.
– На юго-западе. Возле кладбища. Там раньше довольно большой жилой массив был, но почти все снесли. Несколько домов всего осталось. Я тебя не обязываю каждый день являться в контору, однако два раза в день ты мне должна звонить. Если не позвонишь, значит, с тобой что-то случилось, и я начинаю поиск. Еще совет. Старайся не козырять, что ты из милиции. Проще представиться журналисткой, работницей собеса, да кем угодно. Выясни все, что сможешь, про эту Вержбицкую. Кто такая, чем занималась, с кем встречалась?.. Сегодня понедельник, 2 июня. Начало лета. Ах, лето! В отпуск хочется. Вот поймаю Косого – и в отпуск…
– А кто это, Косой?
– Это присказка у нас такая. Означает вроде как недостижимый результат. Ладно, Евгения, вперед! Три дня тебе хватит?
– Я надеюсь.
ПОИСКИ И НАХОДКИ
На Зеленое шоссе подвез на «Жигулях» бывший одноклассник. Он вроде бы случайно оказался перед ее подъездом, когда Женя вышла из дома в половине одиннадцатого утра. Женя знала, что Павлик – так звали одноклассника – неравнодушен к ней еще со школьной скамьи, но особого внимания на него не обращала.
– Куда спешишь? – спросил он.
Женя подняла глаза на высокого угловатого Павлика, потом перевела взгляд на машину:
– А что, можешь подбросить?
– В твоем распоряжении.
– На Зеленое шоссе…
– А зачем тебе туда? – спросил он, когда машина вырвалась на широкий проспект.
– Подружку навестить.
Дом, который она искала, обнаружить было довольно трудно – так разрослись окружавшие его деревья и кустарник. «Словно нарочно маскируют», – отметила Женя. Дом был трехэтажный, с двумя подъездами, и вид у него был запущенный. Штукатурка кое-где осыпалась, обнажив красные кирпичи.
«Двенадцатая квартира, видимо, находится во втором подъезде», – сообразила Женя и открыла тяжелую дверь. В подъезде было прохладно, царила необычная чистота, некая сиротская ухоженность. Нужная ей квартира была на верхнем этаже. Она почему-то крадучись поднялась по лестнице. Дверь украшала большая коричневая печать. Итак, квартира опечатана.
Она позвонила в соседнюю. Долго никто не открывал, потом послышались шаркающие шаги и раздался старушечий голос:
– Кого надо?
– Из собеса, – сообщила Женя, вспомнив наставления Буянова.
– Пенсию принесла, что ли? Ну наконец-то! Заждалась…
– Нет, я не пенсию… – смутилась Женя. – Я по другому вопросу.
– По какому же?
– Насчет вашей соседки.
– Какой еще соседки?
– Вержбицкой.
– Так ее убили.
– Я знаю. Да
Перейти
на страницу