Кровавая работа — страница 85
Тема
мне пора, поговорим в другой раз. Да, мне тут надо отлучиться, поэтому не торопись перезванивать.
Сообщение получилось сумбурным. Жаль, у проклятой машины нет опции стереть и наговорить все заново. Выругавшись, Маккалеб повесил трубку, гадая, записалось ли его ругательство на пленку. Покачав головой, он встал и направился к выходу.
Глава 44
Два дня ушло на то, чтобы отыскать райский уголок, упомянутый мнимым Нуном во время гипнотического сеанса. Маккалеб начал с пляжа Росарито и оттуда продвигался дальше на юг. Искомое место обнаружилось на уединенном побережье между Ла-Фондой и Энсенадой. Деревушка Плайя-Гранде ютилась на ступенчатом плавуне, за которым простирался безбрежный океан. С застройкой было негусто, по сути, вся деревушка состояла из мотеля с шестью отдельными бунгало, гончарной лавки, ресторана, магазинчика и заправки. Неподалеку помещалась скромная конюшня для желающих прокатиться верхом по пляжу. Коммерческий же, если так можно выразиться, центр располагался ближе к краю обрыва, а на скалистом участке над ним виднелось скопление домиков и трейлеров.
Именно конюшня заинтересовала Маккалеба. Не случайно Кримминс обмолвился о конных прогулках. Маккалеб выбрался из «чероки» и зашагал по крутому спуску к пляжу. Широкую песчаную полосу длиною в милю обрамляли две гряды остроконечных скал, уходившие в море. На южном отрезке Маккалеб заприметил скалу, нависавшую над водой подобием алькова, – точь-в-точь как описывал Кримминс-Нун. Поистине, если хочешь убедительно солгать, говори побольше правды. Кримминс честно рассказал о месте, где он отдыхает душой и телом, и тем самым невольно дал Маккалебу наводку.
Остальное было делом техники и дедукции. Судя по описанию, речь шла о Тихоокеанском побережье. Кримминс сказал, что любит приезжать туда на машине, а поскольку на юге Лос-Анджелеса уединенных пляжей с конюшнями нет и в помине, искать следовало в Мексике. Маккалеб сразу отмел Кабо и прочие курорты на полуострове Калифорния, куда нельзя добраться на автомобиле, и за два дня объехал оставшийся участок. Не поленился завернуть в каждую деревню, но ни одна не подходила под описание.
Кримминс не соврал. Местечко и впрямь было райское. Белоснежный песок, вытесанное водой углубление в скале, похожее на застывшую волну, готовую в любой момент обрушиться на берег.
Кроме Маккалеба, на пляже не было ни души. Наверное, курортники стекались сюда только в выходные, а в будни побережье пустовало. Неудивительно, что деревушка приглянулась Кримминсу.
Вдоль пустой кормушки в ожидании туристов бродили три лошади. Привязывать их не было нужды – с трех сторон оазис ограждали скалистые стены и океан. Единственная тропинка вела наверх, к конюшне.
В бейсболке, темных очках, брюках и ветровке Маккалеб изнемогал от полуденной жары, однако, очарованный красотами пейзажа, не спешил уходить с пляжа, даже когда убедился, что Кримминса нигде нет. С тропы спустился подросток в шортах и майке и на ломаном английском предложил Маккалебу покататься на лошадях.
– Нет, gracias, – отозвался тот и, порывшись в кармане ветровки, протянул юному мексиканцу снимки, распечатанные Тони Бэнксом. – Тебе знаком этот человек? Мне нужно его найти.
Паренек уставился на фото, как будто не совсем понимая смысл просьбы, и помотал головой.
– Такого не видеть. – С этими словами он повернул обратно и стал карабкаться вверх.
Поразмыслив, Маккалеб двинулся следом. Дважды он останавливался, чтобы передохнуть, и все равно подъем оставил его совершенно без сил.
Пообедав в местном ресторанчике энчиладой с лобстерами, обошедшейся ему в сумму, эквивалентную пяти долларам США, Маккалеб снова вытащил фотографии Кримминса, но все опрашиваемые лишь разводили руками. Из ресторана он отправился на заправку и позвонил из таксофона на свой автоответчик. Сообщений не было. Маккалеб в четвертый раз набрал номер Грасиэлы и в четвертый раз нарвался на голосовую почту. Наговаривать текст не имело смысла. Очевидно, Грасиэла не желала ни слышать его, ни знать.
В мотеле «Плайя-Гранде» Маккалеб зарегистрировался под вымышленным именем и заплатил наличными. Поколебавшись, он показал снимки администратору за конторкой, но в ответ получил очередное «впервые вижу».
Из бунгало открывался вид на кусочек пляжа и океан, простиравшийся до самого горизонта. Удостоверившись, что на пляже по-прежнему никого, за исключением лошадей, Маккалеб решил вздремнуть. Покатушки по отвратительным дорогам, блуждание по песку и крутые подъемы вымотали его окончательно.
Прежде чем лечь, Маккалеб достал из сумки умывальные принадлежности и отнес их ванную, потом расставил на прикроватной тумбочке лекарства, рядом положил упаковку одноразовых термометров, а с краю пристроил свой «зиг-зауэр». Конечно, перевозить оружие через границу всегда рискованно, но, как и следовало ожидать, задерганные мексиканские пограничники пропустили очередного туриста безо всякого досмотра.
Подсунув под голову две отсыревшие подушки, Маккалеб решил попытать счастья на закате. Именно его красоты воспевал Кримминс во время гипнотического сеанса. Может, к вечеру негодяй явится на побережье собственной персоной. Если нет, нужно будет прошерстить все окрестные дома. Маккалеб не сомневался, что рано или поздно отыщет мнимого Нуна. Если понадобится, из-под земли достанет.
Впервые за долгое время ему снились цветные сны, плотно сомкнутые веки судорожно подрагивали. Во сне Маккалеб мчался вдоль линии прибоя на аппалузском жеребце цвета мокрого песка. Кто-то гнался за ним, но из-за страха сверзиться Маккалеб не мог оглянуться и рассмотреть преследователя. Однако он точно знал: останавливаться нельзя, иначе смерть. Жеребец несся галопом, взметая тучи песка.
Ритмичный стук копыт сменился оглушительными ударами сердца. Вынырнув из омута забытья, Маккалеб попытался успокоиться, а заодно решил измерить температуру.
Он сел, свесив ноги с кровати, и по заведенной на яхте привычке бросил взгляд на тумбочку в поисках будильника. Разумеется, никакого будильника там не оказалось. Маккалеб отрешенно уставился в пол, но в следующий миг похолодел. С тумбочки исчез пистолет.
Маккалеб вскочил, осмотрел номер и судорожно сглотнул. Он точно помнил, что, перед тем как уснуть, положил «зиг-зауэр» на тумбочку. Выходит, в номере побывал посторонний. Кримминс. Вне всяких сомнений, Кримминс наведался к нему, пока он спал.
Маккалеб ощупал карманы ветровки, проверил сумку – все было на месте. Внимание привлекла удочка, стоявшая в углу возле двери. Маккалеб моментально узнал спиннинг, купленный для Реймонда. Повертев спиннинг в руках, Маккалеб различил вырезанные на пробковом удилище буквы РТ. Реймонд пометил удочку своими инициалами. Или кто-то пометил ее за него. Так или иначе, смысл послания был предельно ясен. Кримминс похитил Реймонда.
Остатки дремоты улетучились. Тело сковал мучительный страх. Маккалеб натянул ветровку и, сунув сжатые в кулаки руки в карманы, бросился к выходу из бунгало, предварительно изучив дверной замок, на котором не обнаружилось ни единого следа взлома. Значит, дверь открыли «родным» ключом. В ярости Маккалеб поспешил в административный корпус и рванул настежь створку. Услышав тревожное звяканье колокольчика,
Перейти
на страницу