Костяное веретено — страница 81

Тема

обманчива.

Шейн оглянулась на рощу, представляя, как ведьма бродит где-то в темном лесу в окружении своих волков. Наемница сомневалась, что поступила правильно, отпустив Рэд, но точно знала: между ними еще не все кончено.

Глава 33. Фи

Фи вытерла кровь с глаза. Ветки мелькали над головой. Опять пришлось бежать. Впереди тянулся темный туннель, но Фи едва видела его очертания. Голова болела так, будто по ней били молотом.

Ноги ослабли, колени грозили подломиться в любой момент.

Туман перед глазами, наконец, начал рассеиваться, но, видимо, она ударилась головой сильнее, чем думала. Когда Фи только пришла в себя, ей показалось, что Шейн сражается с принцем. Но это же невозможно. Верно?

Тени становились все гуще, туннель смыкался вокруг беглецов, как ловушка. Фи старалась не представлять чудовищных волков, прорывающихся сквозь колючки. Она не видела впереди дороги — только бесконечную темноту. Возможно, это очередной тупик. Фи остановилась, принц замер рядом с ней, и Шейн едва не врезалась в них сзади.

— Мы уже близко, я чувствую, — сказала наемница, хотя, конечно, подтвердить свои слова ничем не могла.

Прохладный ветерок коснулся лица, словно мягкая рука, скользнув в зазор между ветвями. Фи зажмурилась, пытаясь уловить знакомое чувство. Затем вновь распахнула глаза. В воздухе танцевали клочки бумаги, одни уже сгорели дотла, а другие все еще тлели, как крошечные угольки, метались вокруг, словно стайка рыбок.

Бумага .

Глаза Фи расширились. Конечно, она знала эту магию.

Именно с ней когда-то познакомилась впервые — с силой, исполняющей скромные пожелания.

Шейн громко рассмеялась, хватая обрывки.

— Невероятно! Колдун решил показать нам, где выход!

Сердце Фи распухло до такой степени, что стало больно. Бумага, казалось, задрожала в воздухе, а затем полетела прочь, освещая путь в темноте.

— Бежим! — крикнула Шейн.

Фи собрала последние силы и поковыляла за клочками, что сияли, точно звездная дорожка. В какой-то миг она не думая схватила принца за руку. Ладонь оказалась влажной, даже чуть липкой от крови, зато осязаемой, настоящей. Фи не понимала, что это значит для него, — даже не понимала, что чувствует сама, — главное, после всего случившегося он остался рядом.

Обрывки растаяли, в воздухе закружилась одинокая искорка. Фи рванулась за ней, и шипы впились в кожу. Вдруг в глаза ударил свет. Впереди возник яркий, залитый солнцем круг, а прямо за ним стоял Письмовник. Его белые одежды сияли, как маяк.

Фи с принцем продрались сквозь последние кусты. Колдун поймал ее за плечо, не давая упасть.

— Ты пришел, — прохрипела она.

Письмовник казался миражом — светлые волосы, колокольчик и белоснежный наряд без пятнышка черной пыли.

— Филоре. — Голубые глаза Письмовника блеснули. — Я так рад тебя видеть.

— А меня? — спросила Шейн, согнувшись вдвое и упираясь ладонями в колени.

— Ты же не хочешь сказать, что мне стоило волноваться на твой счет, — усмехнулся колдун. Затем повернулся и подарил мягкую улыбку последнему из компании. — Принц Шиповник Розоцвет. — Письмовник отвесил низкий поклон. — Позвольте мне первому из вашего народа поздравить вас с возвращением.

— Благодарю, — хрипло отозвался Шиповник.

Фи видела, как много для обоих значит этот миг. Рассматривая след веретена на ее пальце, колдун сказал, что потомки Андара ждали этот миг долгие годы . Фи решила оставить мужчин и повернулась к подруге.

Та стояла поодаль, скрестив руки на груди. Лицо блестело от пота, пепельно-каштановую косу трепал ветер. Фи подошла к наемнице.

Вместе они посмотрели на громадный лес в поисках затерянного среди шипов белого замка. Гигантское облако ворон накрыло его, точно саван, одни кружили вокруг высоких башен, а другие сидели на стенах и крепостных валах.

— Отличная история, — заметила Шейн, качая головой.

Фи поняла, что имеет в виду подруга. Всего на секунду она представила, как о них бы написали в детских сказках, картинку, где сама Фи, Шейн и принц стоят на фоне карминно-красных роз. Судя по ухмылке напарницы, Шейн представляла, как пересказывает их приключения какой-нибудь красивой девушке, желательно в таверне.

— Мы едва не погибли, — напомнила ей Фи.

— И все же не умерли, — возразила Шейн, явно не слишком переживая.

Филоре скрестила руки, борясь с улыбкой.

— Мы не нашли никаких сокровищ.

— Мы достали принца. А принцы много стоят.

В смысле за них дают хороший выкуп? Потому что именно так это прозвучало из уст Шейн. Фи невольно хмыкнула.

— Пряха никуда не делась.

— Ладно, тут у нас проблемка, — поморщилась северянка.

— Как ни крути, мы провалились.

Шейн пожала плечами.

— Ну, если на этом закончить, то да. Лично я не люблю бросать дело на полпути. Мы пробрались через весь Терновый лес — а говорили, что это невозможно, — сняли проклятие с принца Андара, улизнули от самой могучей злой ведьмы всех времен и народов и еще и Письмовника заставили из его норы вылезти. Как по мне, хорошее начало, партнер.

Ну если так на все посмотреть … Фи улыбнулась наемнице.

— Но это по-прежнему одноразовая сделка, да, партнер ?

Шейн буквально просияла.

— Верно.

Эпилог. Шиповник

Шиповник прислонился к обломкам рухнувшей башни, в тени которой они разбили лагерь, и уставился на звезды, что мигали среди вихрей черной пыли. Ночь плащом накрыла королевство Андар. Впервые в жизни Шиповник видел закат вне стен замка.

Он протянул ноги к маленькому костру, вздрогнув, когда щелкнули колени. Принц сотню лет мечтал вернуться в свое настоящее тело, но о многом забыл или вообще никогда не знал. Руки после пробежки через лес испещряли алые царапины. Ноги скрипели, словно деревянные, и он бы сейчас не двинулся с места даже под угрозой смерти. Принц отчаянно чихал, когда пыль попадала ему в нос. Но было что-то приятное в каждом укусе, синяке и боли — потому что Шиповник их чувствовал. Он мог чувствовать всё .

Принц посмотрел на свои пальцы, вспоминая золотые нити. Колдун перемотал ему раны тонкими полосками белой бумаги, исписанными изящными буквами Священной Розы. Этот язык Шиповник знал. В ту же секунду, когда бинты закрыли раны, боль исчезла.

Письмовник примостился напротив, готовя новые повязки. Фи и Шейн заснули несколько часов назад. Первая свернулась калачиком рядом с огнем, а вторая раскинулась рядом. Если Шейн вытянется еще дальше, то попадет Фи кулаком в лицо.

Письмовник ласково покачал головой. Грудь принца сжало: он вспомнил такую же полуулыбку на другом лице.

Она появлялась у его сестры Камелии всякий раз, когда Шиповник приносил ей выдернутый с корнем цветок или подсовывал глупое стихотворение в один из гримуаров Великих ведьм, просто чтобы проверить, заметят ли они. Так было всегда.

Теперь, присмотревшись, принц заметил куда больше общего:

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *