Кодекс Охотника. Книга XIII — страница 52

Тема

давай, я завтра же пойду к Архипу и возьму задание на Разлом, а в часть оплаты опустошим их склады.

Волк оценил шутку и улыбнулся, но настроение его не улучшилось.

— Не переживай, командир, — спокойно проговорил он. — Я в полной норме, как и всегда. Просто сегодня особенный день в году. В этот день я всегда хожу такой, ты уж извини…

— Хм… Я могу тебе чем-нибудь помочь? — серьезно спросил у него.

— Сомневаюсь… Завтра я буду в норме… Честно…

Видеть таким Волка мне было непривычно. Я понимал, что дело здесь в чем-то особенном, и стал прикидывать, что это могло быть. Вспоминал, что я о нем знаю, и понял, что не так уж и много. Может, он был женат? И не раз? И сегодня годовщина? Хм… Или у него был ребенок? Вроде, нет…

Короче, я понимал, что конкретно так лезу не в свое дело, но он стал моим человеком. А о своих людях я привык заботиться, потому не мог его просто так отпустить, и устроил форменный допрос.

Он ломался поначалу, но совсем скоро во всем признался. Оказалось, что сегодня день рождение у его учителя.

Так вот, у него был учитель, который воспитал беспокойного подростка-сорванца, и дал тому цель в жизни. Он занимался с Волком, и учил его не только военному ремеслу, но и как нужно пользоваться своей головой. Если вспомнить, как я нашел Волка, то учили его хреново.

Многое он не договаривал, и я решил, что не могу оставить друга в такой сложный момент.

— Решено! Я иду с тобой! — подумав, сказал ему.

Волк хотел было возразить, но затем опять вздохнув, махнул рукой.

— Да не вопрос… Только не обижайся, если старик тебя обидит…

— Меня? — удивился я от таких слов. — Да я сам кого хочешь могу обидеть. Вон монголы обижены, теперь еще и Меньшиковы обижены. А через недельки две еще кого-нибудь обидим. Так что не вешай нос, все будет хорошо.

Мои слова развеселили Волка, но ненадолго.

Я распорядился снарядить нам «Буревестник», но за руль Волк никого не пустил. Сказал, что сам поведет, не хочет больше никого впутывать.

— А как так получилось, что твой учитель находится в Иркутске? Ты же вроде говорил, что ты из глубинки, — спросил я Волка, когда мы поехали.

— Да я его сюда перетащил, оплатил квартиру и уход. Ты не представляешь, во что мне это встало.

— Ты про деньги? — уточнил я, услышав смех Волка, веселый, и одновременно, грустный.

— Да при чём здесь деньги? У меня и на службе хватало денег, чтобы обеспечить и снять десять таких квартир. Всё-таки Империя нас ценила и баловала. Нет, дело в том, чтобы убедить его принять что-то от меня.

— У него с этим проблемы? — снова уточнил я.

— Ещё какие. Мне сложно это объяснить, Александр, — непривычно серьёзно сказал Волк. — Но он отвергает любую помощь и проклинает каждую минуту жизни, которую он проводит на этом свете. Всё настолько плохо, даже ещё хуже.

Волк смотрел на дорогу, и глаза его мечтательно заполнились воспоминаниями

— А ведь он забрал меня с улицы, научил драться. Ещё до поступления в военное училище, в четырнадцать лет, я был на уровне опытных бойцов. Всё, что я умею, я обязан ему, — тут он на секунду сбился и посмотрел на меня. — Ну, до тебя ещё, конечно. Странные у нас были взаимоотношения. Он был таким же спецназером, и без вариантов готовил меня к тому же, чему я был несказанно рад. Вот только, сам понимаешь, с нашей работой дома особо не будешь находиться. В общем, он протащил меня в столицу, и всё время, что у него было на отдых, он проводил со мной, тратя, я так понимаю, большую часть своего гонорара на билеты туда-сюда. Я жил в интернате, и уже на следующий год ко мне боялись подходить даже старшаки. Когда же я поступил в училище, то впечатлены были даже преподаватели, хотя они были предупреждены. Волгомир с ними был знаком.

— Волгомир? — в первый раз я услышал его имя. До этого Волк называл только как «учитель». — Интересное имя. Не похожее, — я на секунду задумался, — вообще, ни на одно из имен у разных национальностей.

— Так и есть. У него не было фамилии, было только имя. Я не знаю, сколько ему лет… Никогда не знал, но он был вечным сержантом.

— Погоди… Учитывая, что он тренировал тебя с детства, смотрел, как ты рос. Если я примерно представляю, что он представляет из себя, учитывая, чем он тебя натренировал, то он должен был уже дослужиться до командира сил специальных операций.

— Все так думали, — снова улыбнулся Волка. — Но у него было своё представление о карьере. Он просто посылал всех нахер, когда к нему подходили с такими предложениями, — Волк посмотрел на меня слегка задумчиво. — Ты знаешь, вот, прям, сейчас я понял, что он чем-то напоминает тебя. Наверное, я тебе так безоговорочно поверил, что-то у вас есть общее. Ну, в общем, когда с ним случилось то, что случилось, он замкнулся в себе. Повторял только одно, что он не справился, и недостоин жизни. Большего с него невозможно было вытянуть.

Ехать пришлось недолго. Его учитель жил в Иркутске, в спальном районе, и я честно говоря, не мог понять, почему он так переживает. Даже когда мы зашли в простую пятиэтажку и поднялись на лифте, а затем постучали в обычную дверь, я тоже не мог понять… Почему он так парится?

Было желание проверить, что не так с его учителем и отправить Шнырьку, но я подавил в себе такое намерение. Не хотел раньше времени все знать. Что примечательно, дверь нам открыли только через пять минут.

— Ну, кто там еще приперся… — послышалось старческое дребезжание. — Не сидится людям дома… Ходят тут, и херней всякой страдают.

— Это он! — выдохнул Волк и, кажется, ему полегчало.

Так выходит, он боялся, что старик уже мертв? Хм… Интересно.

— Это я… — тихо проговорил Волк.

— Да твою еб… Волчонок! Я сколько раз тебе говорил оставить меня в покое? Почему ты такой тупой? Я же говорил… НЕТ МЕНЯ!

Этот монолог продлился еще две минуты, столько всего он высказывал, и никак не мог остановиться.

Только после того, как он высказал все, что хотел, дверь открылась, и я смог увидеть этого ворчуна.

Хм… А это точно старик? На вид ему лет сорок, не больше, и выглядит он, старший брат Волка.

— А это еще кто? — направил он трость в мою сторону.

— Это мой господин, барон Галактионов, — слабо улыбнулся Волк, и тут же получил тростью по голове.

— Бестолочь… Чему я тебя только учил… Ну, ладно, мне все равно. Все равно ничего не имеет больше смысла. Проходите, чего встали.

Волк виновато улыбался, потирая голову. Ведь его учителю было плевать на мой титул, и он общался со мной, как с обычной шпаной.

Кстати, я сразу заметил, что старик носит темные защитные очки не просто так. Он полностью слеп, а еще одна рука, практически, его не слушается.

Волк прошел за стариком, и тот нас провел в обычную гостиную. Ну, наверное, для моего имения она была бы обычной, но не для этого района. Все стены были увешаны оружием, как огнестрельным, так и холодным. Копья, мечи, рапиры, шашки, и даже булава. Здесь было все.

— Нравится? — взглянул он на меня. — Вам аристократам всегда нравятся железки, вы от них тащитесь… Считаете, что вся сила аристократа заключена в них. Ох, как же вы ошибаетесь… если бы вы только знали.

Хм… Он с закрытыми глазами смог проследить за моим взглядом. Интересный слепой старик, который совсем не похож на старика. Но было в нем не только это интересным. Я бы даже сказал, что от него веет чем-то мне знакомым.

— Подарков не принес, зная, как вы их не любите, — сообщил ему Волк, сидя на мягком диванчике. — Потому…

— Приперся ко мне, да еще с другом, — перебил его учитель. — Эх, Потапов! Почему ты такой тупой… Сколько раз я просил оставить меня в покое? Зачем ты постоянно приходишь и заводишь одну и ту же пластинку? — Волк хотел что-то возразить, но старик поднял трость. — Молчи… Знаю, что еще не завел, но обязательно заведешь. Говорил тебе и повторяю, не боец я больше… Зачем пытаешься вечно меня растормошить, если мне нравится такая жизнь?

На это уже Волк не смог промолчать.

— Жизнь? Да какая, к херам собачьим, это жизнь? Я знаю вас с самого малого возраста, и хорошо помню, каким вы были до того случая. Вы меня лично учили, что в любой ситуации нужно драться до конца, и не сдаваться. И что я вижу? Все ваши слова

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *