Горечь пепла — страница 96
Тема
Маг в городе всего один, и то, что его специализация слишком специфична, ничего не меняет – лишь у него может найтись вариант покончить с ухающей ордой быстро и безболезненно для горожан.
Спасибо, что твари не ринулись через рогатки, их очень привлекли люди на крышах. Так что есть шанс быстро прикончить разозленного пепельника и не получить на свою голову ораву его не менее разозленных собратьев.
Трой, передумав стрелять, спрятал револьвер в кобуру, выхватил меч, обхватил рукоять обеими ладонями, прошипел сквозь зубы:
– Далс, чуть назад. Я сам.
Пепельник перепрыгнул через последнюю рогатку, сиганул чуть ли не на десяток шагов. Трой и раньше подозревал, что такие заграждения бесполезны, а сейчас в этом уверился окончательно – твари по ним бегают, будто по мощеным дорогам.
Темный не сказал, в каком виде ему требуется тело, так что Трой поостерегся сносить голову. А ну как забракует, потребует целое, а времени на поиск нового уже не останется. Поэтому ушел в сторону, уклоняясь от вытянутых для захвата рук, и вместо того, чтобы рубануть, как предпочитал, вбил острие меча в висок, с треском сокрушив кость. Пепельник, полетев дальше, выдернул оружие из раны, неловко завалился на брусчатку площади, задергался, попытался неуклюже подняться. Но подскочивший Далс расчетливым ударом обуха топора размозжил твари затылок.
Видимо, тоже подумал о том, что тело желательно принести целиком.
– Готов! – крикнул сотник. – Давай ты за одну руку, а я за другую.
Прикасаться к грязной и окровавленной твари хотелось меньше всего на свете, но Трой готов был и не на такое пойти. Когтистая ладонь оказалась не просто теплой, а противно горячей, будто пепельник страдал от жара. Но так как страдающим он не выглядел, скорее всего, дело в их нечеловеческой физиологии. Магия пепла, поселяясь и разрастаясь в уродливых телах, вызывала множество самых неожиданных изменений.
Туша нетяжелая, волокли быстро. К тому же Далса и Троя лучше всякого кнута подстегивала спешка – твари уже добрались до некоторых позиций на крышах, решетки их ненадолго сдержали. Пока защитники не растеряли копья, еще можно было как-то отбиваться, но после вламывались быстро, меньше минуты на все уходило.
Ну да, даже корабельные доски их не удержали, а там все было сделано куда добротнее.
– Трой! Сзади! – выкрикнул Далс на середине пути.
Тот мгновенно обернулся и успел встретить прыгнувшего сбоку пепельника взмахом меча. Действовал рефлекторно, не думая о том, чтобы оставить тело относительно целым. Магический клинок не встретил преграды, которая могла бы его смутить, отсек и часть вытянутой руки, и кусок головы. Тварь покатилась замертво, пачкая брусчатку кровью и вываливающимися из дыры в черепе мозгами.
Продолжая тащить тело, начал озираться, но других опасно приблизившихся пепельников не заметил. Их агрессия сейчас направлена на опорные пункты периметра – защищенные дома. Этот, видимо, соблазнился кажущейся доступностью парочки людей, вот и оторвался от своих.
Еще минута, и на площади может стать жарковато из-за таких ушлых выскочек.
Пятки твари застучали по дощатым ступенькам короткого спуска. Далс, заходя в дверь, чуть пригнулся, а невысокому Трою это не понадобилось. Все, они в подвале.
Магистр Глессернер, чуть повернувшись, кивнул, тонкие губы растянулись в едва заметной усмешке:
– Вижу, вы поохотились успешно.
– Мы все, что ты просил, принесли! – рявкнул Далс. – Так ты остановишь тварей или мне тебя поджечь?! Наш алхимик соорудил отличное зелье как раз для того, чтобы превращать в уголь темных тварей вроде тебя!
– Я, кажется, уже достаточно ясно высказался по поводу надежности своего слова. Теперь ваша очередь, я не смогу ничем помочь в столь стесненном положении. Освободите мои ноги и руки.
Далс, выругавшись, склонился над магом и предупредил:
– Даже если ты сумеешь задурить мне голову, останется Трой и орда пепельников вокруг. Если мы подохнем, ты тоже подохнешь.
– Я прекрасно это понимаю и хочу добавить, что времени у нас и впрямь немного. Не затягивай возню с ключами и делай свое дело молча. Это существенно ускорит процесс.
С ножной колодкой Далс справился быстро, а вот с кандалами на руках пришлось повозиться – поначалу ключ не хотел проворачиваться, затем потребовалось выкрутить длинный винт с неудобной головкой. Для этих целей необходим особый инструмент или хотя бы клещи, но искать сейчас некогда.
Спасибо хоть на том, что у предусмотрительного сотника нашлись все ключи.
Магистр Глессернер поднялся удивительно резво для человека, просидевшего скованным в одной позе столько времени. Впрочем, было видно, что движения даются ему не без труда, он даже слегка поморщился на первом шаге, направившись прямиком к мрачной добыче Троя и Далса.
Присев над пепельником, протянул руку, ни к кому не обращаясь, произнес:
– Нож.
Далс без возражений протянул ему свой, маг потрогал указательным пальцем кончик, поморщился, но ничего не сказал. Резким движением провел линию от груди до живота пепельника, затем еще одну, еще. И вот уже на теле красуется пятиконечная звезда, а Глессернер соединяет ее лучи окружностью.
Закончив с мертвым телом, рассек себе левую ладонь, как следует вымазал лезвие в обильно сочащейся крови, резким движением вогнал нож по рукоять в центр рисунка, изменившимся напевным голосом произнес что-то непонятно зловещее, после чего добавил прежним тоном:
– Халтурная работа для такого великого художника, как я. Но и возможности не те, и время поджимает, так что попробую себя простить. У вас есть минуты две-три, потом все закончится.
– Что закончится? – спросил Далс.
– Вот-вот все пепельники помчатся в этот подвал. Если немного повезет, ни одного не останется снаружи. Но как только выйдет время, они очнутся и выскочат обратно. Вам надо успеть сделать так, чтобы они остались здесь, а не вырвались наружу. Рекомендую сжечь всю эту ораву вместе с домом, вы ведь так и планировали поступить со мной совсем недавно. На этом вынужден вас покинуть, мне пора уходить.
– Стоять! – крикнул сотник, вскидывая топор.
Маг, отступая к дальней стене подвала, засмеялся, его фигура начала расплываться в зарождающемся вихре, он будто угодил в маленький смерч.
– Смешные люди, я мог уйти отсюда сразу после того, как с меня сняли оковы. Заговоренные кандалы клириков – не люблю я такие штуковины, они эффективные и столь простые, что не найти изъяна. Но дано слово, и слово я сдержал. Справитесь вы с тварями или нет, никто не обвинит меня в том, что я изменил себе. Удачи.
Уже почти растворившись в вихре, маг произнес последние слова:
– Поторопись, Трой. Ты очень интересный. В тебе есть загадка. Может, когда-нибудь я ее разгадаю. Но для этого ты должен как минимум
Перейти
на страницу