Фурии командира — страница 134

Тема

все это время, – пробормотал Гай, – ты будешь развивать свое искусство заклинателя фурий. А у меня появится возможность заручиться поддержкой для принцепса. Учитывая все, что тебе и твоей матери удалось сделать, эта задача уже не представляется безнадежной. – Он покачал головой. – Однако я должен отметить, что твоя смерть приведет к гибели всех наших планов.

– Если я останусь, меня убьют, – сказал Тави. – А если покину Алеру, все, кто желает моей смерти, не будут считать себя лично оскорбленными.

– А почему ты так уверен, что я не планировал послать тебя, чтобы покончить с силами Калара? – спросил Гай.

– Вы уже сами все сказали, – ответил Тави. – Я бы получил все необходимые приказы о выступлении еще до этого разговора. А так я сделал вывод, что мятеж подавлен.

– Да, – сказал Гай.

– Вулкан? – спросил Тави.

– Да.

Тави содрогнулся, услышав голос Гая – тихий, пустой и лишенный всего человеческого.

– Вы в порядке?

Тави ожидал, что Первый консул оставит его вопрос без внимания, однако Гай тряхнул головой:

– Думаю, нет. Но у меня нет времени на сожаления. Сколько тебя не будет?

– Я рассчитываю, что мы отплывем до конца лета, – ответил Тави. – Зиму проведем на родине канимов. Я вернусь следующей весной.

– То есть ты будешь отсутствовать около года, – задумчиво проговорил Гай. – Что ж, вполне подходящий срок. – Он подошел к столу, взял перо и чернильницу и подписал оба документа. – Копии?

Тави нашел небольшую стопку дубликатов, которые приготовил Эрен. Прежде чем их подписать, Гай прочитал каждый пергамент. Тави помог ему присыпать песком подписи, и некоторое время они молча занимались документами.

Гай оставил по одному экземпляру каждого документа Тави, остальные забрал с собой, свернув их и положив в кожаный футляр.

– Ну, нам обоим предстоит много работы. Доброго тебе дня.

– Дед? – тихо позвал Тави.

Гай остановился и оглянулся через плечо, Тави видел, что он обеспокоен.

Тави покачал головой:

– Я лишь попробовал произнести это слово… Никогда прежде мне не доводилось…

Гай задумчиво кивнул.

– Внук, – тихо ответил он, словно пробуя новое слово на вкус.

Долгую минуту оба молчали.

– Знаешь, ты на него похож, – сказал Гай. – Сильно похож. – По его губам пробежала улыбка. – Полагаю, он бы тобой гордился.

– У вас были сложные отношения? – спросил Тави.

– Как правило? Нет.

– А как бы вы поступили, если бы он привел мою мать к вам?

Гай повел плечом:

– Боюсь, моя реакция была бы отрицательной.

– Она моя мать, правитель, – сказал Тави. – И была женой вашего сына.

– Да.

– Я не рассчитываю, что она будет купаться в вашей любви, но Исана может оказаться для вас очень полезной. И она заслуживает вашего уважения.

– Я буду иметь это в виду, – ответил Гай.

– Надеюсь, – сказал Тави без малейшей угрозы в голосе. – В противном случае у нас с вами не сложится хороших отношений.

Гай показал Тави зубы.

– Будь осторожен, внук, – сказал он на прощание, наполнив свои последние слова двойным смыслом.

Тави опустился на стул и склонил голову, раздумывая о том, какой была бы его жизнь, если бы он рос рядом с дедом.

Потом он тряхнул головой и встал. У него также не было времени для сожалений, ему предстояло многое сделать.

Бернард сумел вывести их из окружения. После уничтожения города, когда началась вьюга из пепла, погоня за ними прекратилась. А когда небеса снова очистились, Амара подняла их обоих в воздух. Одной ей было бы намного легче, но она не собиралась ставить рекорды скорости. Тем не менее уже к концу первого дня путешествия они оказались в соседних с Аттикой землях и остановились на ночлег в гостинице для путешественников.

Оба были такими грязными после скитаний по болотам, что не сумели бы получить комнату в гостинице, если бы не показали владельцу золотые и серебряные монеты, когда он спросил их про деньги. Первым делом они приняли ванну, потом переоделись в одежду, которую им выдал хозяин, пока их собственную приводили в порядок. Затем они нормально поели впервые за последние несколько недель.

Амара думала, что после этого оба погрузятся в долгий и глубокий сон.

Однако у Бернарда были другие идеи.

Впрочем, Амара не стала бы утверждать, что они вызвали у нее протест.

А потом пришел сон. Посреди ночи Амара проснулась, она лежала и тихо слушала, как бьется сердце мужа.

– Он не дал тебе выбора, – пророкотал Бернард.

Амара не заметила, как он проснулся, и не сразу собралась с мыслями.

– А ты знал, что он намерен сделать?

– Я догадывался, – ответил Бернард.

– Но ты ничего не говорил, – заметила она.

– Я не знал наверняка, – ответил он. – И надеялся, что он все сделает иначе.

– Я чувствую себя такой дурой, – призналась Амара. – Он сказал, что намерен помешать Калару использовать великих фурий. Мне и в голову не приходило, что он сам собирается выпустить их на волю.

– Я все понимаю, – сказал Бернард, осторожно сжав ее ладонь.

– Если бы я представляла, чтó он задумал… даже не знаю… нет, я бы не стала в этом участвовать.

– Я знаю, – сказал Бернард. – И он знал.

– Что я наделала? – прошептала Амара. – Я нарушила свою клятву.

– Он лгал тебе, Амара, – сказал Бернард.

– Он никогда…

– Он обманул тебя, – уверенно заявил Бернард. – Он произносил слова, которые заставили тебя сделать неправильный вывод о его намерениях, чтобы получить необходимую помощь. Он знал, как ты на это отреагируешь. И все принял.

Амара прижалась щекой к его груди.

– Он знал о нас, знал, что я нарушила закон.

– Амара, – сказал Бернард, и его голос смягчился. – Первый консул уже давно понял, что запрет на брак между некоторыми его людьми не работает. Мы вели себя так же, как воины легиона. Никто ничего не подозревал, и мы хорошо выполняли свои обязанности. А он в ответ смотрел в другую сторону. Хорошие командиры всегда так поступают.

Бернард был прав. Она проследила за его логикой, оценила мотивы и причины, сделала вывод.

И тут до нее дошло все остальное.

Она рыдала, прильнув к груди Бернарда. Он обнял Амару и изо всех сил прижал к себе, но она заплакала еще сильнее. Это было уже слишком. Недели лишений и опасностей. Ужасная катастрофа в конце путешествия. Она все еще видела крошечные беспомощные фигурки, пытающиеся спастись от огненной смерти.

Ничего бы не случилось без ее помощи.

Как Гай мог так с ней поступить?

Амара испытывала жгучую боль, ведь она ему верила .

Фиделиасу она верила ничуть не меньше.

Она рыдала на груди мужа, чувствуя себя ужасно глупой, но в течение нескольких минут

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *