Феномен — страница 53
Тема
пока девчонки рядом машут плакатами, призывая зрителей поддержать команду.
Все вокруг начинают поддерживать нас. Встают со своих мест. Регбисты исполняют заранее выученные кричалки, и я не могу сдержать смеха. Тем временем, четыре базы позади нас делают выбросы флайеров, которые крутят в воздухе винты88. Они опускают их на землю, и мы поднимаемся с колен и бежим к центру площадки, чтобы выполнить различные связки из акробатических прыжков.
Разгоняюсь и делаю маховое колесо без рук, затем перекидку89, прыгаю рондат90 и завершаю бланшем91. Когда я приземляюсь на обе стопы, то счастливо выдыхаю. Ребята не отстают от меня и стремительно сменяют друг друга на ковровом покрытии. Музыка становится быстрее, и мы начинаем танцевать.
Завершаем наше выступление огромной пирамидой, выполненной идеально. Когда база делает спуск, и я касаюсь ногами покрытия, то чувствую, как к глазам подступают слезы. Прижимаюсь к груди Итана и крепко обнимаю его.
Макс кричит «ЯГУАРЫ», и его крик тут же подхватывают регбисты, скандируя название нашей команды в унисон. От атмосферы, воцарившейся в зале, захватывает дух. По коже пробегают мурашки. Слезы вновь начинают течь по моему лицу.
Смотрю на «Ягуаров» и понимаю, что они для меня не просто команда. Вместе мы тренируемся шесть раз в неделю, собираемся на праздниках, доверяем друг другу жизни, когда взлетаем и падаем. Мы семья. И мы заслуживаем победить!
Итан целует меня в макушку под громкие визги команды и зрителей вокруг. И я улыбаюсь от осознания того, что я уже победила.
Итан Мур и есть мой трофей.
Он проводит пальцем по моей щеке, а затем подхватывает в воздух и начинает кружить. Я начинаю смеяться, наслаждаясь этим невероятным моментом. Наслаждаясь им.
Когда я вижу Итана, то первое, что приходит в голову, — солнце.
Мне становится тепло, моя жизнь наполняется ярким светом, а в уголках моих глаз появляются морщинки от улыбки, которая не сходит с моих губ, пока он рядом.
Итан Мур — мое личное созвездие, моя собственная планета. Мой необъяснимый феномен.
Эпилог
— Я не могу жить в мире, в котором нет тебя.
(с) «Сумерки»
Итан.
Два с половиной года спустя.
Отметка на термометре сегодня невероятно высока. На улице так жарко, что хочется просто раздеться и упасть в глыбу льда.
Да уж, лето в Монтепульчано — самый настоящий ад.
Поправляю свою шляпу, которую мне отдал отец Лукреции, и прячусь в тени кипарисов, раскинувшихся вдоль крутой дороги, ведущей на виллу Розы ди Венти, пока Лу дает интервью для «Черного наследия».
Летом, после победы на чемпионате, мы слетали к ее семье, которая встретила нас с распростёртыми объятиями. Отец Лукреции оказался крутым мужиком, который предложил Лу продолжить дело семьи, при этом не отказываясь от мечты.
После окончания магистратуры мы с Лу приняли решение перебраться в Италию и прочно обосновались в Сан-Кандидо, городке, раскинувшимся в горах на севере Италии. У нас есть хаски. И курильский кот. А вот с детьми мы пока не спешим. Лукреция хочет сначала осуществить свою мечту и вкладывает все силы в создание своей школы чирлидинга.
Лу работает с родителями на виноградниках и взяла на себя маркетинг Кьянти Классико. Именно маркетинг стал ее специальностью в магистратуре. Она ведет социальные сети «Черного наследия», общается с поставщиками и занимается рекламой. Предложение отца оказалось отличной идеей, ведь Лу теперь может работать из любой точки мира.
Мэри-Джейн открыла в Сан-Кандидо филиал УЮ, где теперь итальянцы и другие студенты по обмену могут учиться совершенно бесплатно, получив спортивную стипендию. А я стал тренером сборной по регби в нем.
Моя мама вышла замуж за Ричарда. Теперь они вместе путешествуют по миру и присылают нам открытки с разных концов света. В следующем месяце мы с Лу как раз собираемся с ними в поездку на Мачу-Пикчу. Будем исполнять еще одну мечту Лукреции.
Жизнь прекрасна.
— У тебя такое лицо довольное, будто ты толстый кот, который нюхнул валерьянки, — доносится до меня голос моей любимой девушки, и я распахиваю глаза.
— Меня разморило. Конфетка, ты должна кое-что мне пообещать.
— Интересно.
— Пообещай, что мы никогда, слышишь, никогда больше не приедем сюда летом!
— Хэй, так не честно. Здесь же потрясающий климат.
Издаю стон отчаяния. В Сан-Кандидо максимальная температура летом не достигает отметки выше двадцати пяти градусов цельсия. В то время как здесь, в Тоскане, градусник показывает все сорок.
— Мне нужно охладиться, — стону я.
— Так давай спустимся на виллу. — Лу показывает рукой на большой особняк из коричневого кирпича, спрятавшийся среди рощи кипарисов.
— Нет, это не интересно, у меня есть идея.
Вскидывает бровь.
— И что же за идея?
— Помнишь, ты хотела мне показать место, где снимали «Сумерки. Новолуние»?
— Ты серьезно?
— Ага. Там же есть фонтан?
— Фонтан?
— Фонтан.
— Ты странный. У тебя солнечный удар?
Улыбаюсь.
— Лу, садись в машину.
Она усмехается и послушно садится в наш «Фиат». За окном проносятся ярко-зеленые поля, которые то и дело чередуются с изумрудными виноградниками. Кипарисовые рощи, тянущиеся вдоль дороги, величественно возвышаются на узких дорогах. Проезжаем по крутому серпантину и въезжаем в гору.
Монтепульчано — город-крепость. Улочки здесь такие узкие и крошечные, что большая машина здесь может и не поместиться. Паркую автомобиль у высокой кирпичной стены, по верху которой струится лоза темно-зеленых листьев, и глушу двигатель. Выхожу из машины и протягиваю руку Лукреции. Она вкладывает в нее свою, и мы проходим в узкую арку, поднимаясь наверх. Проходим мимо фермерских магазинчиков, у окошек которых стоят горшки с цветами, и выходим на большую площадь Пьяцца.
Именно эта площадь стала местом съемок финальной сцены «Новолуния». Именно через нее Белла бежала, пытаясь спасти Эдварда. И именно здесь находится знаменитая башня с часами, из арки которой вышел Каллен, сияя своей фарфоровой кожей.
Мы проходим мимо фонтана, стоящего посреди площади, и я останавливаюсь, делая вид, будто внимательно изучаю башню.
— Знаешь же, что нужно бросить монетку в фонтан и загадать при этом желание?
Лукреция хмурится.
— Знаю.
— Так вот я не буду этого делать. Ведь, ты должна мне желание, — говорю я.
— Желание?
— Ага, — киваю и улыбаюсь. — Третье желание.
Лукреция приоткрывает от удивления рот, и я вижу, как ее брови ползут вверх.
— Ты серьезно? — интересуется она.
— Более чем.
— Прошло столько лет, Итан!
— Да, но ты должна мне желание. Я же сказал, что скажу тебе его позже.
— Ты невыносим. Ладно. Давай свое желание.
Улыбаюсь.
— Мы вместе навсегда.
Лу хмурится.
— Что?
— Мы вместе навсегда, — повторяю я.
Лукреция закрывает глаза и мотает головой в стороны.
— Ну какой
Перейти
на страницу