Доктор Мухоловкин. Фантастические приключения в мире насекомых — страница 41
Тема
которые меньше и легче весом.
Итак, мы с лордом неслись верхом на стрекозе! Под нами мелькали высокие горы, дикие ущелья и долины, устланные каменьями. Кое-где сверкали озера и белели залежи вечных снегов. При каждом повороте безумная езда грозила нам гибелью. Вдруг наш живой локомотив начал опускаться, и через минуту мы были почти на самой земле. Слава Богу! стрекоза, вероятно, сядет, и мы преспокойно слезем на землю. Но не успел я это подумать, как злодейка заметила какую-то добычу и бросилась на нее стрелой. Мы же с моим лордом грохнулись оземь. Я тотчас вскочил и повел взглядом кругом. Все вокруг было бело.
Мы находились на необъятном снежном поле, отделенном от мира высокими горными хребтами…
Какая удивительная перемена! Из страны солнца, тепла и цветов мы в несколько минут волею судеб перенеслись в холодный пояс, в страну вечной зимы.
«Ну! теперь, наконец, дядюшка перестанет занимать меня рассказами о насекомых», — вероятно, подумаешь ты, племянничек, полагая в своем блаженном неведении, что в стране вечных снегов нет насекомых.
Но ты жестоко ошибаешься. Зимний мир насекомых не менее интересен, чем летний, и я должен сказать о нем хоть пару слов.
К зиме, действительно, насекомые вымирают, но лишь совершенно взрослые. Те же, которых зима настигла в первых стадиях развития, в виде яичек или куколок, продолжают жить в щелях скал, в дуплах деревьев, под камнями, во мхах или глубоко в земле и там терпеливо дожидаются весны. Но есть и такие насекомые, которые живут только зимою, как, например, зимний луговик , хорошенький комар, появляющийся поздней осенью или зимою и живущий лишь до весны. Далее — снеговые блохи , встречающиеся целыми массами в конце зимы скачущими по снегу. Особенно любят они следы, оставляемые на снегу животными и людьми. Наконец, зимний борей , близко стоящий к скорпионнице, попадается только зимою, на лето он зарывается глубоко в землю, ожидая, когда морозы опять позволят ему наслаждаться прелестями жизни.
Глава XIII ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Положение наше было отчаянное. Еще недавно мы оба были так счастливы, путешествие наше близилось к концу, а теперь… теперь нас ждет смерть в снежной пустыне. Или мы оба погибнем, или на закате солнца я оставлю лорда, который неподвижно лежал на снегу, и вернусь один к людям, как настоящий человек. Напиток Нуреддина был для меня единственным спасением, но разве для меня одного?
И внезапно меня осенила мысль, что я и англичанина могу еще вырвать из объятий смерти.
Лорд Пуцкинс отравился тысячной долей грана яда. Если я возвращу ему его натуральную величину, эта частичка, погубившая маленького Пуцкинса, для организма настоящего, большого Пуцкинса сделается нечувствительной, и умирающий мгновенно выздоровеет. Но что же будет тогда со мной? Я недолго, впрочем, боролся со своими эгоистическими чувствами. Солнце начало клониться к закату, и я быстро откупорил флакон и, усадив лорда на снегу, влил ему в рот сквозь стиснутые зубы драгоценную жидкость.
Свершилось! Если этот решительный шаг не поведет за собой желанных последствий, мы оба погибли!..
Я не выпускал лорда из своих объятий, но я все-таки не видел, как волны жизни прибывали к лицу его и как он вернулся к своему нормальному виду.
Я тоже впал в оцепенение и, было ли это действие холода или сильного душевного волнения, не знаю, но во время этого оцепенения выпитый мною раньше эликсир Нуреддина потерял свою силу, и я превратился в человека обыкновенного роста.
Меня разбудил от моего странного сна голос Пуцкинса.
— Где мы находимся? — спрашивал он, озираясь кругом. — Что это за мерзлый сахар насыпан тут?
— Это не сахар, а снег! — отвечал я. — Как вы себя чувствуете, милорд?
— Прекрасно! Выспался я чудесно, только вот холодно немного. Я не помню, как мы сюда попали.
— Я все вам расскажу потом, — сказал я, — а теперь вставайте. Нам пора в путь.
Лорд Пуцкинс легко вскочил на ноги, и мы быстро зашагали по оледеневшей почве.
Было темно, и лорд Пуцкинс не замечал своей перемены. Лишь когда мы вышли на каменистую дорогу, он почувствовал себя нормальным человеком и заметил, что подле него идет тоже не карлик. Открытие это очень его рассердило, взволновало.
— Из-за меня, — крикнул он, — рухнули все ваши планы! Моя жизнь слишком дорого обошлась вам!
— Ну, что же делать! Другого исхода не было: иначе мы оба должны были погибнуть. Взгляните в ту сторону, — видите там огонек в долине? Там ждет нас сэр Биггс. Поспешим же обнять нашего друга и согреть окоченевшие кости у его пылающего костра!
Сэр Биггс был уже в постели, когда мы, словно какие-то привидения, остановились на пороге его палатки.
Так кончились наши приключения.
Твой Иван Мухоловкин.
ОБ АВТОРЕ
Эразм Маевский родился в Люблине в 1858 г. По окончании варшавской гимназии изучал фармакологию в Варшаве и Риге, затем заменил отца в качестве руководителя семейного предприятия «Варшавская химическая лаборатория Ипполита Маевского и сыновей». Благодаря доходам от коммерческой деятельности Маевский мог не только вести жизнь обеспеченного человека, но и заниматься самыми разнообразными научными изысканиями. В частности, он увлекался энтомологией, опубликовал книги Neoptera Polonica и двухтомный Словарь польских зоологических и ботанических наименований (1891).
С 1890-х гг. интересы Маевского сместились в область археологии. Он публиковался в периодике — Universe, Gazeta Polska и Wędrowiec, неутомимо собирал коллекции, в 1899 г. основал ежегодник Swiatowit , посвященный вопросам преистории и славянской археологии, в 1908 г. открыл собственный археологический музей в помещении Общества поощрения художеств в Варшаве.
В том же году вышел в свет первый том четырехтомника Маевского Наука о цивилизации ; последний был издан посмертно в 1923 г. В 1919 г. Маевский стал первым профессором доисторической археологии в Варшавском университете. Ученый и писатель скончался в Варшаве в 1922 г.
Doktor Mucholapski, первый роман из условной научно-фантастической дилогии Маевского, увидел свет в 1892 г.; в 1898 г. был издан роман Profesor Przedpotopowicz.
Уже в 1899 г. журналом Всходы , ориентированным на школьников, был выпущен сокращенный и несколько адаптированный перевод романа Доктор Мухоловкин , подготовленный писательницей и переводчицей А. Ф. Даманской (СПб.: Э. Монтвид, 1899. Ч. I–II). Второе издание вышло без имени переводчицы в 1903 г.
Полный (однако не отличавшийся особыми художественными достоинствами) русский перевод романа, выполненный А. Курсинским ( Доктор Мухолапский ), был опубликован издательством И. Д. Сытина в 1902 г.
Следует отметить, что во всех трех указанных изданиях оригинальные иллюстрации Ю. Машинского были использованы лишь частично и многие из них были заменены иллюстрациями, заимствованными из других источников.
О популярности романа Маевского может свидетельствовать тот факт, что в написанных в
Перейти
на страницу