Дело Аляски Сандерс — страница 130
Тема
еще история с принтером — я ее, естественно, не предусмотрела, но она пришлась как нельзя кстати. В промежутках между допросами я жутко давила на Эрика, внушала ему чувство вины. Лишала его опоры. Ему была крышка, я это знала. Когда Лорен тоже решила провести расследование и доказать невиновность брата, я тут же вмешалась, чтобы иметь доступ к ее возможным находкам и в случае необходимости создавать ложные доказательства. Пока Эрик сидел в тюрьме, я была в безопасности. И наконец, мой последний успех: я его убедила, что, признав вину, он сохранит себе жизнь. И поскольку он был готов на что угодно, чтобы избежать смертной казни, он это сделал. Тут я поняла, что совершила идеальное убийство. Ну, почти. Оставалось устранить одну деталь — Казински, того копа, что допрашивал Уолтера. Я знала, что Уолтер невиновен. И потому подозревала, что признания были вырваны силой. Если Казински однажды об этом расскажет, это все испортит. Мне надо было избавиться от него тоже, другого выхода не было. Я его выследила; оказалось, что он каждый день на рассвете выходит на пробежку. Однажды в январе, когда Бенджамин уехал кататься на лыжах в Британскую Колумбию, я с утра взяла на Виналхэйвене синий “крайслер” и хотела сбить Казински насмерть. У меня не получилось. Несмотря на сильнейший удар, Казински не умер. Все решили, что это был несчастный случай, и я больше не могла ничего предпринять, не привлекая к себе внимания. Пришлось решиться и оставить его в живых. До возвращения Бенджамина я успела устранить вмятины на “крайслере” и вернуть машину в гараж на Виналхэйвене. С этого момента прошли годы, казалось, дело давно похоронено. Я совершила идеальное преступление. Одиннадцать лет мой план отлично работал. Пока не появились вы двое.
— А Бенджамин Брэдберд? — спросил Гэхаловуд.
— Ни Лорен, ни Эрик, естественно, не были знакомы с ним. Они знали, что я была замужем, вот и все. Когда Лорен сказала, что вы добрались до некоего доктора Бенджамина Брэдберда, я поняла, что меня могут поймать. Но сохраняла спокойствие. У меня был шанс, что он покончит с собой. Это почти сработало, ведь вы закрыли дело. В сущности, меня не удивило, что Бенджамин свел счеты с жизнью. Я знала, насколько он дорожит своей репутацией, а скандал вокруг Элинор положил бы конец его врачебной карьере, разрушил бы репутацию также его матери и запятнал конкурс на титул мисс Новая Англия. Бенджамин всегда говорил: жизнь — это большая игра. Мы с Аляской замыслили идеальное преступление. Единственной помехой в этом механизме были вы двое, Перри и Маркус. Должна сказать, вы напарники, каких свет не видывал.
В тот день мы с Гэхаловудом, выслушав признания Патрисии Уайдсмит, вернулись в Маунт-Плезант. Сделали остановку на Грей Бич. Спустились на пляж. Я нарвал на тропе полевых цветов.
Гэхаловуд прошелся по гальке и стал смотреть на озеро.
— Одиннадцать с хвостиком лет назад, писатель, я стоял на этом самом месте с моим напарником Мэттом Вэнсом. Здесь, на этой самой гальке, лежало тело светловолосой девушки, о которой нам не было известно ровным счетом ничего, и туша огромного гризли, которого подстрелила местная полиция. Девушку звали Аляска Сандерс. Я еще ничего не знал о ней. И тем более не знал, что она перевернет всю мою жизнь.
Я протянул Гэхаловуду цветок из собранных мною. После чего мы бросили их в воду и смотрели, как они покачиваются на тихих волнах.
— В память об Аляске Сандерс, — сказал я.
— Я рад, что наконец знаю, что с ней случилось, — кивнул Гэхаловуд. — Этим я обязан вам, писатель.
Мы помолчали. Потом он добавил:
— Стыдно признаться, но мне нравится коротать с вами время.
— Мне тоже нравится коротать с вами время, сержант.
— Можете заехать ненадолго ко мне, если хотите.
— Вы очень добры, сержант. Но мне пора прекратить паразитировать на чужой жизни и начать жить свою собственную.
— Рад это от вас слышать, писатель.
Мы расхохотались. Потом Гэхаловуд произнес, на сей раз серьезно:
— Спасибо, писатель.
— За что?
— Вы починили мою жизнь. Надеюсь, однажды я смогу помочь вам починить вашу.
Эпилог Год спустя после завершения дела Аляски Сандерс
Роман “Дело Аляски Сандерс” вышел в сентябре 2011 года. Эта книга стала вехой в моей жизни. Поворотом. Она завершала отрезок с 2006 по 2010 год, который, как я уже говорил, был для меня критически трудным.
Через несколько недель после выхода романа сержант Гэхаловуд осуществил мечту жены: отправился с дочерями в кругосветное путешествие на паруснике под названием “Хелен”. В день, когда корабль снимался с якоря, мы стояли с ним на причале Портсмута. С нами был и шеф Лэнсдейн. Мы помогали Гэхаловудам в последних приготовлениях. Они уплывали на год, должны были вернуться к Рождеству 2012 года.
— Буду ждать вас, не сходя с места, сержант. Берегите себя и девочек.
— Положитесь на меня, писатель.
Я протянул Гэхаловуду сумку:
— Книжки вам принес. Хорошие детективы, будет чем заняться на парочку вечеров.
Он лукаво улыбнулся:
— Я вам тоже принес кой-какое чтение.
Он протянул мне конверт. Я хотел его вскрыть, но он не позволил:
— Нет, не сейчас. Подождите отплытия.
Я послушался. В самом буквальном смысле. Как только корабль отчалил, я открыл конверт. Внутри лежало не слишком пухлое дело с печатью полиции Бангора, штат Мэн; на нем было написано фломастером: “Дело Габи Робинсон”. То самое убийство, что не давало покоя Вэнсу: в начале 1990-х годов была убита семнадцатилетняя девушка, возвращавшаяся пешком с вечеринки. Преступление так и осталось нераскрытым.
Гэхаловуд крикнул с палубы:
— Копию дела я взял с собой. Встречаемся через год!
Я сложил руки рупором и крикнул в ответ:
— Вы совершенно чокнутый, сержант!
— Потому мы и дружим, писатель.
Я даже не подозревал, насколько насыщенным окажется для меня предстоящий год.
Через несколько дней после отъезда Гэхаловуда, к великому удовольствию моего издателя Роя Барнаски, были проданы права на экранизацию “Дела Аляски Сандерс”. Подписывая контракт, Барнаски спросил, что я намерен делать с этими деньгами.
— Куплю себе дом, — ответил я. — Дом писателя.
И я это сделал.
В ноябре 2011 года я стал обладателем дома в Бока-Ратоне, штат Флорида, и в начале 2012 года перебрался туда. Переезжал я на машине — оставил позади заснеженный Нью-Йорк, чтобы назавтра оказаться в тропической жаре Флориды. По дороге я набрал номер вновь обретенного друга. Теперь я был не одинок.
— Книжный магазин “Мир Маркуса”, — ответил голос Гарри Квеберта.
— Гарри, это Маркус.
— Маркус! Как вы?
— Двигаюсь во Флориду.
— Вы все-таки решили купить тот дом, о котором мне говорили?
— Да.
— Очень рад за вас. Наконец отправляетесь
Перейти
на страницу