Чужие ключи — страница 66
Тема
схем, каждая из которых должна привести к успеху. Куш того стоит — пятьдесят миллионов долларов на дороге не валяются. Тим возвращается в Россию и вновь прикидывается системным администратором мелкой фирмы с не вполне ясной сферой деятельности. Где-то в это время он привлекает к делу своего начальника — Леонида. Без сообщника трудно, а на Лику, как ему кажется, никакой надежды. Тем временем Абдель аль-Рахим осуществляет подготовку алмаза для пересылки в Швейцарию. Он поручает (видимо, с подачи Тима) в свое отсутствие приглядывать за домом соседу — Леониду, даже ключи ему оставляет: все равно ничего компрометирующего там нет, а сам отбывает за границу. Посредством компании Mait-West алмаз перевозят из Африки в Женеву и помещают в банковскую ячейку. Тим списывает с компьютера Абдель аль-Рахима все сведения о сделке, копирует электронные сертификаты и подписи. Изменив внешность, Тим появляется в Женеве, где по поддельным документам «официально» получает бриллиант. Позже Абдель аль-Рахим обнаруживает кражу, и возникает скандальное уголовное дело без каких-либо реальных перспектив к разрешению. Тут-то и подключается компания сообщников, что давно уже следят за подозрительным арабом, зачем-то купившим недорогой малозаметный домик на тверской земле. Они предполагают переправить алмаз в Америку и там продать. Как продать, не спрашивай, не знаю, ведь алмазный рынок достаточно узок и сильно специализирован, но какой-то план у них был, обстоятельства сейчас уточняются. В качестве транспортного средства выбирается честнейший человек — Станислав Якин, по приглашению коллег отъезжающий в Америку на работу в университет Айовы. Планируется подсыпать галлюциноген Якину, подстроить ему автомобильную аварию, как свидетельство его временной неадекватности. Получившего травму Якина предполагалось привезти в соответствующую больницу, где хирург-подельник вошьет в рану бриллиант. Затем Якин оклемается и улетит в Америку, а там уже все готово для извлечения алмаза. Но где-то тут происходит кража камня уже у самого Тима. На каком этапе это произошло — пока неизвестно, и ненадолго следы камня теряются. Тима похищают, но самого алмаза при нем не находят. Нашего друга допрашивают при помощи современных препаратов, но ничего толкового выведать не могут, да он и не знает, где находится украденный им бриллианта. Потом Тима устраняют прямо посреди улицы, как лишнего и уже ненужного свидетеля. В это время алмаз, оказавшийся в России, уже находится в руках Леонида — соседа намибийского дилера по коттеджной «деревне». Их участки граничат между собой. Соседом он оказался совсем даже не случайно — купил дом почти сразу после аль-Рахима. Хотя похитители подозревают Леонида, точных данных и сведений не имеют, одни косвенные догадки. А главное, они не знают — где сам алмаз? Начинается активная разработка Леонида. Он замечает что-то подозрительное, напрашивается на сборище к Якину, и уговаривает тебя пойти к нему на работу — ему нужно кого-то подставить вместо себя. Тем временем наши бандиты нанимают настоящего частного детектива — бывшего милицейского майора, из-за чрезмерной коррумпированности не прошедшего в полицию, который очень грубо и бездарно пытается завербовать тебя. Ты сразу же все рассказываешь Леониду, и вы кормите бывшего майора всякой дэзой. Видимо, уже в это время Леонид постоянно носит алмаз с собой, а в последний момент прячет в квартире своей секретарши — Лики, бывшей любовницы Тима. Лика, как он полагает, понятия ни о чем не имеет, поэтому план кажется ему очень хитрым.
Мы ехали куда-то в сторону центра. Мимо поносились машины, по тротуарам шли пешеходы…
— Погоди, — прервал я, — мне не совсем понятна роль Леонида. Я же некоторое время работал на него.
— Так, еще раз поясняю, — продолжала Стелла, — Леонид Пападакис, который вел свою игру, наметил тебя в качестве подставной фигуры еще давно, почему и уговорил Якина пригласить на прощальную вечеринку. Именно там Якину подсыпали галлюциноген. Понималось, что он сделается неадекватен, угодит в аварию, дорожная полиция увидит и зафиксирует его состояние. Отправят в больницу. Потом руки хирурга-сообщника поместят в его тело алмаз. Пятьдесят миллионов долларов на всех — все-таки неплохие деньги, согласись. А ты, как я уже говорила, намечался Леонидом в качестве отвлекающей подставной фигуры. Предполагалось, что ты везде засветишься, заляпаешь все, оставишь свои пальчики и свою ДНК. И главное — все фигуранты хорошенько тебя разглядят, запомнят привычки и манеры поведения, что поможет потом принять непротиворечивую версию о твоей виновности. Но тут промашка вышла, Якин в аварию не попал. Вот, где-то так. Дальше ты уже все примерно знаешь. Теперь почти вся компания дает показания. Кстати, приехали, ближе мест нет, теперь только пешком.
Только сейчас я заметил, что мы давно никуда не двигаемся, а стоим около какого-то серого мрачноватого здания огромной величины. Здание с другой стороны улицы было густо окутано лесами — видимо подвергалось наружному ремонту.
— Да, погоди, пока мы еще не вышли, — торопливо сказал я. — А кто же все-таки убил Тима? Я так понимаю, что кто-то из этой компании, кто-то из них, но кто именно?
— Думаю, что «художник-дизайнер» Степан. Вернее — убеждена в этом, но улики против него исключительно косвенные. По некоторым данным, он уже давным-давно работает киллером, и на его счету множество жизней. На самом-то деле он байкер, и единственный из всей этой компании, виртуозно владеет мотоциклом, а ведь Тим был застрелен мотоциклистом, лихо ускользнувшим потом дворами. В байкерской тусовке Степана по имени мало кто знал, только по кличке — Норвег. Впрочем, свое увлечение он не особенно-то и скрывал, зато говорил всем, что после травмы, а он действительно несколько лет назад попал в аварию, получил проблемы с вестибулярным аппаратом, из-за тошноты и нарушения равновесия ездить на байке, вроде бы, давно уже не может. Врал, конечно. По любому поводу он разыгрывал такие приступы, даже таблетки какие-то демонстративно глотал. Ты же сам рассказывал, как его будто бы тошнило в джипе.
— Помню. А сейчас Леонид где?
— Это, знаешь ли, очень хороший вопрос. Интерпол объявил его международный розыск. Ищут.
— Так. А куда же тогда запропал сам аль-Рахим?
— Вот уж чего не знаю! Наверно к себе в Намибию улетел. Сейчас это не имеет большого значения: наших законов он не нарушал, проходит как потерпевший. Выслали повестку, наверное, явится за своим алмазом.
— Да, а бриллиант-то, бриллиант! — вдруг заорал я. — Куда подевался этот злополучный камень? Бирюзовый Глаз? Он-то сейчас где?
— Где, где… Разве я еще не сказала? — моя собеседница вынула из бардачка желтый конверт из плотной бумаги. — Вот он, смотри. — С
Перейти
на страницу