Цена покоя — страница 100

Тема

бы кого-нибудь, кто сунулся бы в проход, но нет, это им в голову не пришло. «Весело» всё же не будет.

Валлай подался вперёд, вытаскивая меч и поднимая щит так, чтобы над его вершиной торчали только перья, но в этот же момент его оттеснили щитоносцы. Они действовали без приказов и действовали быстро, правильно, как люди, которые давным-давно воюют вместе. Щитоносцы ворвались в таверну, и только за ними вбежал Валлай, уже буквально чувствуя щекой дыхание Ингаира.

Могильщики перегородили центр зала баррикадой из столов, скамей и бочек и засели за ними. Видимо, понимали, что обречены, но вместо того, чтобы бежать, решили показать зубы. В какой-то мере это даже заслуживало уважения.

Не надеются же они выстоять против двадцати вооружённых до зубов…

Над баррикадой что-то промелькнуло. Какая-то металлическая вещица, на миг загоревшаяся ярко-белым светом. Валлай, чувствуя напряжение, повисшее в воздухе, вдохнул и прикрыл глаза. Открыл. Вещица, золотая монета, зависла в воздухе, щитоносцы замерли на своих местах. И только сейчас рубаку обдало такой волной гнетущего чувства опасности, что он немедленно метнулся в сторону, к стене, хотя до баррикады оставалось не больше пяти шагов.

Через миг мир вокруг опять бросился вскачь.

Монета упала под ноги щитоносцев, полыхнуло жаром. Над полом выросли с десяток жёлто-белых хлыстов, обвившие воинов. Вонь горелых волос и плоти ударила в нос рубаке так, что перехватило дыхание. В тех местах, где хлысты охватили щитоносцев, сталь их доспехов раскалилась добела и начала оплавляться. Оба рухнули на пол, устланный грязной мокрой соломой, уже мёртвые, не издав ни звука. Солома зачадила, и вонь в «Чёрной Иве» стала совсем уже непереносимой.

Валлай, всё ещё чувствуя слабость и тошноту от первого транса, вошёл во второй и бросился через баррикаду. Если у могильщиков ещё много таких сюрпризов, живым из таверны не выйдет никто из людей Ингаира.

За укрытием засела дюжина могильщиков, восемь из них держали оружие — кинжалы, топоры, даже булаву. Арбалеты уже валялись на полу, времени на их перезарядку всё равно не осталось. У одного руки, облачённые в чёрные перчатки, были пусты. А вот трое держали самые дурацкие на первый взгляд предметы для драки: медный подсвечник, кусок посеребренного блюда и позолоченную чернильницу. Но именно эта троица и представляла собой наибольшую угрозу для Ингаира и его людей, как раз вбегающих в таверну.

Валлай налетел на того, что с булавой, сбил его с ног просто чтобы не преграждал дорогу и врезался щитом в первого из троицы. Тот завалился на бок, роняя подсвечник. А Валлай уже перепрыгивал через баррикаду, потому что, кажется, на этом и закончилась их битва.

Он сжался под баррикадой, вышел из транса и, невольно застонав, закрыл глаза. Но ничего не случилось.

— Поймал! — взвизгнул кто-то из могильщиков.

— Что за…

— У них маг!

— Ну, так и ловите своё, магическое, выблядки!

Застонав ещё раз, Валлай сжался в комок, насколько это вообще было возможно, и прикрылся щитом.

Громыхнуло так, что заложило уши. Рубаку вмяло в крышку стола так, что захрустел позвоночник. К смраду гари примешалась знакомая вонь вывернутых наружу и разорванных человеческих внутренностей. Кто-то заорал, кто-то закашлялся, ещё кто-то безнадёжно завывал, прощаясь с жизнью.

Валлай вскочил на ноги. Его шатало из стороны в сторону, но он в очередной раз вошёл в транс. В последний раз за день. Рванул по баррикаде. Упал, врезавшись плечом в бочку, скатился на пол, едва не выронив меч, но тут же вскочил и одним прыжком добрался до ближайшего могильщика, уже не разбирая, что у того в руках. Удар меча прошёл мимо — его и в трансе шатало, — но щитом промахнуться было невозможно. Рубанул лежачего и услышал хруст костей. Налетел на второго, отрубил ему по локоть руку, потом ещё добавил в живот ногой.

По ту сторону баррикады опять что-то взорвалось. От дыма уже почти ничего не было видно, но Валлай умудрился добраться до третьего могильщика, одним ударом начисто срубив ему голову. И за мгновение до того, как его выбросило из транса — уж слишком часто он его использовал в этот день — рубака отступил к стене, прикрываясь щитом.

Он успел заметить, как Ингаир перепрыгивает баррикаду, и в его глазах потемнело.

Но только на миг. Трансы были кратковременными, и, наверное, из-за этого их последствия не оказались слишком тяжелы. Валлай дёрнулся, но понял, что не встанет ещё пару минут. Ему оставалось только прятаться за щитом и смотреть.

Полдюжины могильщиков забрались на баррикаду, обороняясь от людей Ингаира. Сам брат Настоятеля сцепился сразу с двумя противниками. И шансов у тех не было. Уже после двух ударов меча Ингаира первый схватился за бок, роняя свой клинок, а его напарник струхнул и принялся отступать. Воин не стал добивать первого, бросился за вторым, отбил неуклюжий встречный выпад и нанизал могильщика на свой меч.

— Скучно! — прорычал Ингаир умирающему и с возгласом отвращения боднул его шлемом в открытое лицо.

Волшебные артефакты могильщиков уравняли бы шансы в драке, если бы людей, нанятых Олистером, осталось полдюжины. А их было вдвое больше. Одного из могильщиков стащили с баррикады, второму одним ударом отрубили обе ноги ниже колен, третий успел воткнуть кинжал в глаз нападавшему, но тут же остался без правой руки.

— Оставьте парочку в живых! — рявкнул Ингаир, тесня последнего оставшегося за баррикадой могильщика к стене.

В этот момент дверь, ведущая на кухню, распахнулась. Валлай дёрнулся, пытаясь встать, но сразу беспомощно осел на пол. Если это резерв, Ингаиру придётся сражаться с ним в одиночку.

Но это были не могильщики. В зал вбежали трое хорошо вооружённых людей, рисунок на щите одного из них изображал Единого.

— Стоять, — рявкнул Ингаир им. — Я сам!

Впрочем, ему оставалось нанести лишь смертельный удар. Могильщик съехал спиной по стене, пытаясь зажать руками разрубленную шею, и задёргался на полу.

— Вот так. — Брат Настоятеля повернулся к ворвавшейся троице. — Был там кто?

— Две страшнющие бабы, — ответил один из них, — и парень без пальцев. Ну, и один вроде как дверь сторожил, но сторож из него…

— Живыми взяли?

— Всех, кроме сторожа.

— Отлично. — Ингаир подошёл к Валлаю и, ухмыльнувшись, подал руку. — А ты тут один троих зарубил, а? Знали, значит, кого воевать отправляют? Но чего ж ты тогда уселся здесь? Ранен?

Валлай принял руку. Встав, он едва не выблевал весь свой завтрак на Ингаира, но сумел сдержаться.

— Жить буду, — пробормотал рубака, глотая кислую слюну. — Что дальше?

— Дальше? Допрос, конечно же. А потом представление. Есть здесь некий Шамке,

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *