Цена Империи — страница 4

Тема

каком контексте слышал раньше о боранах, и так же иронически ухмыльнулся в ответ.

— Ты тоже больше похож на кабана, чем на дельфина, уважаемый Крикша, — сказал он по-русски. — Но мне почему-то кажется, что ты плаваешь лучше, чем кабан. Или я ошибаюсь?

«Славный боранский рикс» крякнул. Лысина его побагровела.

— Что ж не сказал, что по-нашему разумеешь? — недовольно проворчал он.

— А ты спросил? — усмехнулся Коршунов.

С полминуты они буравили друг друга взглядами: кто кого? Вышла ничья.

— Мордой ты на этих не похож. Чьих сам-то? — изрек Крикша, кивнув на спутников Коршунова, ничего не понимавших, но инстинктивно напрягшихся. Агилмунд, тот даже рефлекторно подшагнул к Алексею: перехватить удар, если что. Знал сын Фретилы, что в рукопашной «великий небесный воин» — не ахти.

— Сказали тебе: с неба упал. — Коршунов усмехнулся.

— Будет врать-то! — в свою очередь ухмыльнулся боранский вождь. — С неба токо дождь да дерьмо птичье падают. Не хочешь говорить — дело твое. — И, перейдя на готский: — Слыхал я, с дороги вы. По нашему обычаю, коли с дороги человек, так надо его сперва угостить-попотчевать, а уж потом разговоры говорить. Так что пойдемте, достойные, порадуем животы. Поляна уже накрыта, яства стынут.

Как говорится, голод — лучший кулинар. Однако Коршуновская Настя готовила получше боранских поваров. Зато вино было вполне приятное.

Алексей вспомнил, как в день знакомства Скулди «проставился» бурдюком едва забродившего кислого виноградного сока. Решил хитрый герул проверить: не ромлянин ли Аласейа? Разбирайся Скулди в винах и будь вино в бурдюке подобно этому, как пить дать провалил бы Коршунов примитивный тест, заданный ему «начальником внешней разведки» рикса Комозика.

За первой и второй «переменой блюд» беседовать не положено. Положено насыщаться и высказываться по поводу присутствующих: дескать, какие славные и щедрые люди собрались на этой классной поляне…

К делу перешли, когда наступило время «десерта» — каменной крепости печенья с отчетливым запахом меда и воска. Печенье полагалось макать в вино. Готам, которые по привычке потребляли пиво, пришлось непросто. Но на зубы они не жаловались: грызли так, что треск стоял.

Этим звуком, собственно, их участие в беседе и ограничивалось. Тему вел Скулди. На пару с боранским лидером.

Начав с того, какое нынче могучее войско собралось на берегу великой реки Борисфен (а ведь не все еще подошли, далеко не все), Скулди плавно перешел к грядущим победам, к живописанию добычи, какую союзное войско планирует взять на богатых ромлянах, кои, разумеется, не смогут противостоять столь могучим и многочисленным воинам…

Речь Скулди текла столь гладко и непрерывно, что производила убаюкивающее впечатление… но не на Крикшу.

— Что ты такое говоришь, Скулди-воин? — невежливо перебил словесное медоточение боранский рикс. — Может, ты забыл, как служил у ромлян? Или ты не бился с ними и против них? Или ты забыл, что такое легионы Рима ? Всего вашего войска и десяти тысяч копий не наберется. Одного легиона хватит.

— Ну да, — поддакнул Скулди. — Если он будет там, куда мы придем, этот легион.

— Он будет, — заверил боранский рикс. — Непременно подойдет.

— Верно, — снова согласился Скулди. — Подойдет. Только нас там уж не будет. Но для этого, уважаемый Крикса, нам нужны корабли. Способные бороздить морские воды быстрые и крепкие корабли. Ваши корабли, Крикса. Известно, что не столь уж велики гарнизоны в городках понтийской провинции. Если напасть внезапно, можно большую добычу взять. И ускользнуть без помех. Вот для этого и нужны корабли. Крепкие и вместительные корабли, способные нести тяжкий груз. Ибо золото — тяжелый металл, как тебе известно, уважаемый Крикса.

«Ага, — подумал Коршунов. — Ситуация проясняется. Ну конечно. Не на готских же корытах по морю плавать».

Он покосился на Агилмунда и Ахвизру. Соплеменники-гревтунги молча сосредоточенно грызли печенье, прихлебывали пиво. Оба были недовольны. Ну да, по готским меркам такие скоропалительные переговоры — сущее невежество. Серьезные мужчины так не делают.

Серьезные мужчины сначала присматриваются друг к другу недельку-другую, потом начинают осторожно прощупывать: что да как?

Ну, для таких торопыг, как, например, Ахвизра, недельку можно сократить до пары дней. Но обсуждать ключевые вопросы, только-только поставив шатры, — это противоречит всему готскому политесу.

— Ох, рано ты, Скулди-воин, взялся медвежью шкуру делить, — усмехнулся Крикша. — Ты прежде возьми добычу на ромлянах. А уж мы поглядим, как у тебя получится. Со стороны.

— Не дашь кораблей? — в лоб спросил Скулди.

— Не дам! — отрезал Крикша.

— Тогда зачем приехал?

— Да хоть тебя послушать.

— Послушал?

— Послушал. И понял, что не видишь ты, Скулди-воин, дальше своего кривого носа.

«Не подерутся», — подумал Коршунов.

Не зря толстяк их сначала покушать позвал. Хлеб преломили — всё. На открытый конфликт без серьезного повода идти не положено.

— Ну-ну, — пробормотал Скулди. — Объясни нам, боранский рикс, что ты такое видишь, чего мы углядеть не можем.

— Скажу, коли сам не знаешь, — согласился Крикша. — Напомню, если забыл. О понтийской эскадре ромлянской. О двух дюжинах боевых кораблей, что ходят вдоль побережья.

«Похоже, толстяк его уел», — подумал Коршунов.

Умолк хитрый герул, задумался.

Но на гревтунгов сей довод не произвел такого сокрушительного впечатления.

— Сколько ты сказал? Две дюжины? — переспросил Ахвизра. — А у вас, сам говорил, пять сотен кораблей. Да и у нас…

Крикша ухмыльнулся. Коршунову была знакома эта ухмылочка. Читалось в ней извечное превосходство соленого моремана над сухопутной крысой.

— А видел ли ты, Ахвизра-воин, ромлянскую трирему?

— Видел! — отрезал гот.

— И что скажешь?

— Скажу: большая. Да только у иных бургов стены втрое выше, чем борта у той триремы. И брали мы эти бурги на копье — не помогли стены.

— Брали, говоришь? — боран прищурился. — Ну-ну… А видел ли ты, Ахвизра, римскую трирему в бою ?

Ахвизра покачал головой.

— Так вот что я скажу тебе, Ахвизра-воин: даже пятидесяти наших кораблей не хватит, чтобы справиться с ней.

— Я так и думал, что ты просто боишься, — буркнул Ахвизра.

— Погоди! — вмешался Скулди. — Погоди, Ахвизра! Слушай, Крикса, я не хочу, чтобы ты бился с ромлянами на море. Я хочу, чтобы ты доставил нас к какому-нибудь понтийскому городу. Доставил, высадил, а потом забрал с добычей. А с римскими триремами нам встречаться ни к чему. Обойти их — и всё тут.

— Ты в уме ли, герул? — вмешался один из спутников Крикши. — Как это — обойти?

— А так! Это ж не дорога, а море. Сворачивай, куда хочешь.

Боран уже собрался возразить, но его остановил Крикша:

— Погоди, Скуба! Не видишь: он в морском деле ничего не понимает. — И, обращаясь к Скулди: — Неправ ты. В море тоже дороги есть. Древние. Проверенные. По ним отцы и деды наши ходили. Не обойти нам ромеев. Хочешь — к устью Данубия вас доставим?

Перейти
на страницу

Оставить отзыв

Обязательные поля помечены *

Выберите оценку: *